Расцвет поэтического творчества в годы войны


вернуться в оглавление работы...

В.А.Ковалев и др. "Очерк истории русской советской литературы"
Часть вторая
Издательство Академии Наук СССР, Москва, 1955 г.
OCR Biografia.Ru

продолжение работы...

3

Ответом наших поэтов на чувства и переживания народа, охваченного патриотическим подъемом, был поток лирических произведений, которые появились с первых дней войны.
«Никогда у нас не писали столько стихов» (1),— отмечала пресса, характеризуя развитие поэзии в годы Отечественной войны. В этот период широко развертывается не только творчество поэтов всех поколений — от Д. Бедного и Н. Тихонова до поэтической молодежи, начавшей свою деятельность в годы Отечественной войны (А. Недогонов, М. Дудин, А. Межиров, С. Гудзенко и др.).
Множество стихотворений бойцов и командиров, напечатанных во фронтовых газетах, песен и частушек, сложенных в партизанских отрядах, ярко демонстрировало рост массового поэтического творчества. В воинских частях гордились своими поэтами, прославлявшими подвиги боевых товарищей. В сатирических стихах и частушках звучал гнев народа, ненависть и презрение к фашистам. Стихами о любви к родной земле часто начинались доходившие до Родины письма советских людей, угнанных врагом в неволю.
О требованиях народа к советской поэзии хорошо и точно сказал А. Сурков в стихотворении «В громе яростных битв пролетают над нами...» (1942):

...Встань, поэт, перед строем под красное знамя
И в глаза современникам прямо взгляни.

Ты сопутствовал каждому нашему шагу.
Все мы вместе встречали тревожный рассвет.
Как отчизне на верность приносят присягу,
Присягни нам на песню, окопный поэт.

Все движенья солдатской души карауля,
Кровью сердца пиши нам про наши дела,
Чтобы песня заклятьем от смерти и пули
На солдатское верное сердце легла.


Идейно-тематическое и жанровое многообразие отличает поэзию военных лет. Наряду с расцветом лирики успешно развивается жанр поэмы, воссоздающей действительность не только в переживаниях лирического героя, но и в эпических
--------------------------------
1. "Литература и искусство", 1943, 11 сентября.
--------------------------------
образах. Героика борьбы нашла свое воплощение и в возрожденном в эти годы поэтическом жанре баллады с ее драматически напряженным сюжетом, чеканным стихом, накалом страстей (баллады Н. Тихонова, А. Твардовского, И. Сельвинского, П. Антокольского, С. Гудзенко, К. Симонова и др.). Широкое распространение получают массовые патриотические песни.
Величие советской Родины и любовь к ней, вдохновляющая и направляющая роль Коммунистической партии, подвиги патриотов, воспитанных в духе коммунистической морали, дружба народов, ненависть к фашизму, радость одержанной победы — все, что волновало советских людей, находило образное отражение в поэзии. Но, несмотря на разность тем и мотивов, в поэтическом творчестве военных лет, объединенном патриотическим пафосом, отчетливо вырисовывается и занимает центральное место образ любимой Родины — не торжественный, парадный, а глубоко задушевный, лирический образ России.

Ты знаешь, наверное, все-таки родина —
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.


И, как бы перекликаясь с этими проникновенными стихами Симонова, обращенными к своему товарищу по оружию — Алексею Суркову, звучали поэтические строки Рыленкова:

Когда говорили мне в детстве: «Россия»,
Я знал — это все, чем дышу, где расту:
Крыльцо расписное и ставни резные,
Под окнами ярый шиповник в цвету...


В поэзии военных лет с новой силой зазвучала идея морально-политического единства советского народа, тесно сплотившегося вокруг Коммунистической партии.
Многие поэты обращаются в эти годы к образу В. И. Ленина, подчеркивая, что в Отечественной войне мы защищаем великие завоевания Октября, продолжаем и развиваем славные революционные традиции. Советских людей в их борьбе с врагом осеняет знамя великого Ленина — эта мысль нашла свое поэтическое выражение в ряде стихов военной поры. В «Стихах о ленинградских большевиках» (сентябрь 1941) О. Берггольц связывает военную современность с замечательным революционным прошлым города Ленина:

В этом имени — осенний Смольный,
Балтика, Аврора, Петроград.
Это имя той железной воли,
О которой гимном говорят.
В этом имени бессмертен Ленин,
И прославлен город на века,
Город, воспринявший облик гневный
Ленинградского большевика.


С. Щипачев рассказывает о памятнике Ленина в оккупированном гитлеровцами городке: фашисты бессильны уничтожить образ Ленина, и в этом символ непобедимости ленинских дел, ленинских идей (стих. «Ленин», август 1941). Этой же теме были посвящены написанные позднее «Баллада о ленинизме» И. Сельвинского и «Баллада о памятнике» С. Маршака. С. Щипачев создает поэму «Домик в Шушенском», посвященную В. И. Ленину (1944).
Единство партии и народа ярко раскрывается в произведениях о товарище Сталине, чей образ стал олицетворением руководящей силы партии. В стихотворении «Дружба» (1944) К. Симонов развивает характерную для литературы военного времени идею дружбы вождя и народа, Верховного главнокомандующего и рядового бойца.

В своем окопе, заметенный снегом,
В воде по горло, в грохоте гранат,
Был дружбою с великим человеком
Велик солдат.
Зато и в самый тяжкий день когда-то
Тот человек, с кем подружился он,
В своих решеньях дружбою солдата
Был укреплен.


Героика народной борьбы, руководимой партией, преемственность революционных традиций раскрыты Н. Тихоновым в одной из первых военных поэм — «Киров с нами» (ноябрь 1941). Поэт создает легендарный образ Кирова, обходящего боевые посты и заводы осажденного фашистами Ленинграда. Киров видит несгибаемое мужество защитников города, убеждается в их готовности отстоять завоевания Октября. Герои Ленинграда напоминают ему героев гражданской войны, и в этом внутреннем родстве различных поколений раскрывается преемственная связь в их борьбе за Советскую власть:

И он вспоминает матросов
Каспийских своих кораблей,
Что дрались на волжских откосах,
Среди астраханских полей.
И в этом юнце крепкожилом
Такая ж пригожая стать,
Такая ж геройская сила,
Такой же огонь неспроста.


Поэма «Киров с нами», как и все творчество поэта военных лет, исполнена непоколебимой веры в силу народа, в его победу:

Враг силой не мог нас осилить,
Нас голодом хочет он взять,
Отнять Ленинград у России,
В полон ленинградцев забрать.
Такого вовеки не будет
На невском святом берегу,
Рабочие русские люди
Умрут, не сдадутся врагу.


Сжатые, чеканные фразы, рефрен, проходящий через все произведение («В железных ночах Ленинграда по городу Киров идет»), маршевый ритмико-интонационный строй речи, напоминающий лермонтовский стих,— все это придает волевое напряжение поэме Тихонова.
В поэзии военного времени с особой силой звучала тема великого братства народов нашего многонационального государства. Первому в мире социалистическому государству, сплотившему в единый союз десятки народов и национальностей, был посвяшен созданный в годы войны «Гимн Советского Союза» (1). Тема дружбы народов проходит красной нитью в творчестве писателей всех наций Советского Союза.
Грузинский поэт Георгий Леонидзе в стихотворении «Братство народов» писал:

Сколько друзей меня окружает!
Всюду поэт страны возрожденной
Братьев родных и сестер встречает,
Опору находит в семье миллионной.

(Перевод В. Орлова).

Во многих произведениях военных лет хорошо выражена та мысль, что советский человек любой национальности чувствует себя в Советском Союзе, как в родной семье. Узбекский поэт Гафур Гулям в поэме «Ты не сирота» писал, что дети любой советской национальности (а в узбекских семьях были приняты тысячи детей, потерявших своих родителей во время отхода части населения с Украины, из Белоруссии в период наступления фашистов) найдут в Узбекистане приют и ласку, потому что «бережет их детство большая страна».
Примером глубокого раскрытия темы братства народов является поэма азербайджанского поэта Мамеда Рагима «Над Ленинградом», рассказывающая о боевой дружбе уроженца
-----------------------------------
1. См. «Правда», 1943, 31 декабря. Текст С. Михалкова и Эль-Регистана; см. также «Правда», 1943, 22 декабря.
-----------------------------------
Баку летчика Гусейнбала и русского летчика Алексея. Пафосом любви к Родине, верой в ее счастливое будущее дышит вся поэма. Чувство глубокой любви к русскому народу, признание его исторических заслуг перед всем человечеством нашли выражение в произведениях поэтов всех братских республик.
Много поэтических произведений писателей братских литератур было посвящено героической обороне Ленинграда, а также советской столицы Москвы. Каждый переживал бой за Ленинград, как бой за свой родной город. Это чувство хорошо выразил Джамбул в своем «Послании» защитникам Ленинграда осенью 1941 г., получившем широкую известность. В переводе М. Тарловского переданное по радио в Ленинград, «Послание» Джамбула было напечатано крупными буквами на плакатах и вывешено в окнах магазинов по всему городу. Оно начиналось словами:

Ленинградцы, дети мои!
Ленинградцы, гордость моя!
Мне в струе степного ручья
Виден отблеск невской струи.


Участник обороны Ленинграда Вс. Вишневский рассказывал, какое впечатление произвело на ленинградцев «Послание» Джамбула: «Без слез и чувства радостного волнения не могли мы читать это послание. Мы ощутили, что это письмо так же ценно, как подход сильного резерва. Народ Казахстана слал нам свой братский привет, любовь и дружбу, и мы шли в бой, удвоив силы»(1).
Ленинград предстал в советской литературе в годы Отечественной войны в качестве могучей силы, связывающей воедино все советские национальности. Так же и к Москве, к сердцу Родины, были обращены думы поэтов со всех концов страны: «Бессмертное сердце страны! Владычица мыслей Москва!»— восклицал Джамбул в песне, сложенной в октябре 1941 г., когда сражение развертывалось на подступах к столице. В своей песне-поэме Джамбул раскрывает значение Москвы в жизни Родины и трудящихся всего мира: «Мы знаем, что значит Москва: для мира маяк Москва».
Каждый народ выражал через произведения своих поэтов гордость за свое участие в защите советской Родины.
Правдивость и художественная сила советской поэзии военной поры была обусловлена тем, что интересы, идеи, чувства, самая судьба писателей и их героев были неотделимы друг от друга.
-------------------------------
1. «Правда», 1944, 4 декабря
-------------------------------
В лирике А. Суркова нашло отчетливое выражение это духовное родство писателя с бойцами, его умение передать все движения «солдатской души». 22 июня 1941 г. А. Сурков создает «Песню смелых» — образец патриотической поэзии, мобилизующей на борьбу с врагом:

Ринулись ввысь самолеты,
Двинулся танковый строй,
С песней пехотные роты
Вышли за родину в бой.
Песня — крылатая птица —
Смелых скликает в поход.
Смелого пуля боится,
Смелого штык не берет.


И, подтверждая слово делом, поэт, имевший право сказать о себе — «на четвертой войне с восемнадцати лет я солдатскую лямку тяну», прошел всю Отечественную войну в рядах действующей армии. Он стал страстным и правдивым выразителем дум и чувств бойца-фронтовика. Стихи-песни А. Суркова ярко публицистичны, и постоянные обращения поэта к героям своих произведений, к читателю-воину полны сердечной задушевности и мужественной силы. Солдат, «окопный поэт», перенесший все испытания войны вместе с народом, защищающий родную землю, — таков лирический герой стихотворений Суркова.
В ряде стихотворений и песен, ставших народными, встает образ «работящего русского человека», для которого война — тяжкий, каждодневный, смертельно-опасный труд. Герой А. Суркова — из массы тех, кто, может быть, «всю жизнь не отдыхал, все косил, и сеял, и пахал...» В годы Советской пласти этот труженик стал хозяином своей земли, своего труда. И когда фашистские разбойники напали на страну, он не мог отдать врагу ни пролет «кружевного моста», сваренного его искусными руками, ни грандиозную электростанцию, которой гордился весь народ как воплощением своей мечты. В переживаниях сапера, взрывающего мост, поэт раскрывает особое чувство, отличающее человека труда, человека-созидателя,— «отцовское страданье мастеров», вынужденных военными обстоятельствами разрушать то, что создано многомиллионным коллективом строителей социализма («Современники», «Гвардейцы идут в атаку» и др.).
Поэзия А. Суркова была близка и дорога народу-воину своим оптимистическим пафосом. Многие крылатые строки его стихов бойцы заучивали наизусть. В стихотворении «Предчувствие весны» (1942) поэт образно передал столь характерное для мировоззрения советских патриотов ясное видение грядущего торжества идеалов гуманизма, ради которого идет смертный бой:

Пусть с тишиной наши судьбы в разладе,—
Мы не хотим под ярмом одичать.
Ради цветенья и радости ради
Мы заставляем железо кричать.

Пусть наше время жестоко и дико,—
Вытерпи! Землю ногтями не рви.
Мы для детей из железного крика
Выплавим светлую песню любви.


Умение выражать сокровенные мысли и переживания советского человека характеризует лирику и другого выдающегося поэта — М. Исаковского. Длительная болезнь не позволила М. Исаковскому находиться в рядах действующей армии. Тем не менее его стихи воспринимались читателями как написанные непосредственным участником боев. «Когда читаешь Ваши стихи, то кажется, что Вы сами солдатом прошли длинные фронтовые дороги»,— писали поэту бойцы и командиры (1). Исаковский создал ряд лирических стихотворений, баллад и песен, вызвавших горячий отклик на фронте и получивших массовое распространение.
Первое стихотворение, с которым выступил М. Исаковский в дни войны, это его «Походная песня» (1941), и не один отряд самоотверженных комсомольцев, уходя на фронт, прощался с родными и друзьями словами этой песни. В горячем «Наказе сыну» (1941), написанном от лица солдатской матери, звучит требовательное, «слезами залитое слово» матери-родины, посылающей своих сыновей на патриотический подвиг. В характерной для поэта сюжетной лирике нарисованы образы мужественных фронтовиков, партизан и наряду с этим — трагические картины народного горя, разрушенья, возбуждавшие в бойцах жажду справедливого возмездия озверевшей банде фашистов («Мы шли...», «Старик», «Оттуда» и др.). Часто построенные в форме монолога, обращенного к читателю от лица самого участника событий, эти стихотворения приобретали особую лирическую силу и убедительность.
Вдохновляли на борьбу и те лирические произведения М. Исаковского, в которых поэтизировалась полнокровная советская жизнь. Основным мотивом этих песен была характерная для поэта тема цветущей молодости, чистой любви, верности любимому или любимой. Эта личная тема органически перерастала в тему верности Родине, тему патриотического подвига
--------------------------------
1. В. Александров. Михаил Исаковский. Критико-биографический очерк. М., 1950, стр. 119.
--------------------------------
(«В прифронтовом лесу», «Крутится, вертится», «Огонек» и др.). Показательно, что в годы войны поэт был удостоен Сталинской премии именно за особенно популярные на фронте стихи-песни довоенных лет: «Шел со службы пограничник», «Провожанье», «Кто его знает...», «Катюша» и другие, рисующие с чуть лукавой, доброй улыбкой прекрасные образы нашей молодежи. С каждой новой песней все ярче выступала жизнеутверждающая тема лирики Исаковского, ее патриотическое содержание («Где ж вы, где ж вы, очи карие...», «Не тревожь ты себя...», «Услышь меня, хорошая...», «Снова замерло все до рассвета» и др.). В песне М. Исаковского жизнь побеждала смерть, советская правда торжествовала над фашизмом, мир побеждал войну,— и чувство победы, все сильнее охватывающее народ, поэт умел передать в ликующей песне о весне, о молодой любви.
Задушевность ясной лирической мелодии, теплый, жизнеутверждающий юмор в частушке и лирике поэта, сюжетность и тонкий психологизм его песен, их народно-песенный ритм, точный и выразительный язык — все эти черты делали поэзию М. Исаковского подлинно народной и по содержанию, и по форме.
Как боевой призыв, прогремела по всей стране песня В. Лебедева-Кумача «Священная война» (1941):

Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна,—
Идет война народная,
Священная война!


Положенная на музыку композитором А. В. Александровым, эта песня приобрела звучание военного гимна.
Воинский подвиг раскрывался поэтами как готовность переносить любые трудности, идти на любые лишения и жертвы во имя Родины, проявить железную стойкость. Знаменательно, что образ Победы во многих произведениях наделялся обычно такими чертами, которые свидетельствуют о долгой, трудной, кровопролитной борьбе, о великих испытаниях, перенесенных народом.

Победа ходит по путям войны
в тяжелых пехотинских сапогах,—


говорит А. Сурков («Пехотинец»).

В солдатской рваной, дымной плащ-палатке,
кровавый пот не вытерла с лица,-


такова Победа в изображении О. Берггольц. Не легкая удача, ее счастливая случайность, а тяжкий ратный труд, требующий величайших усилий и повседневного упорства,— так раскрывается подвиг в стихотворении А. Твардовского «Сержант Василий Мысенков» (1941):

Да, все иначе на войне,
Чем думать мог любой,
И солью пота на спине
Проступит подвиг твой.


Но тяготы войны не сломили советского человека. В борьбе с врагом закалилась его душа, еще ярче раскрылась его личность. Вот почему поэты говорят о счастье жить в нашу эпоху.

Высокое, ответственное время
Свое мы не уступим никому,—


утверждает В. Инбер в стихотворении «Друзья мои! Сограждане!» (1941).
В поэме «Февральский дневник» (1942), посвященной страшным дням ленинградской блокады, О. Берггольц с гордостью говорит о чувствах, которые в это время владели душой защитников города-героя:

В грязи, во мраке, в голоде, в печали,
Где смерть, как тень, тащилась по пятам,
Такими мы счастливыми бывали,
Такой свободой бурною дышали,
Что внуки позавидовали б нам.


Показательно, что в дни войны с особой силой зазвучала в лирике любовная тема. К. Симонов, С. Щипачев, А. Сурков, М. Исаковский, М. Алигер, О. Берггольц и другие посвятили проникновенные строки этой теме. Верность в любви утверждалась как моральная норма советского человека (стихотворения «Любовь пронеся черен все разлуки», «Грозно грянула война» С. Щипачева, «Воспоминание» А. Суркова, «Открытое письмо» К. Симонова и др.). Любовь сильнее смерти — вот идея, определяющая содержание таких стихотворений, как «Жди меня» К. Симонова, «Бьется в тесной печурке огонь...» А. Суркова, песен М. Исаковского и ряда стихотворений других поэтов. Стихотворение «Жди меня», в котором поэт сумел слить чувство любви воина к своей подруге с верой в победу, переписывалось бойцами и командирами, заучивалось наизусть.
В творчестве советских поэтов находили отражение и трагедия утрат и горечь отдельных неудач, особенно в первый период войны, но и тогда поэзия была проникнута духом бодрости и оптимизма.
Одним из значительных поэтических произведений военного периода была поэма М. Алигер «Зоя» (1942), посвященная московской школьнице комсомолке Зое Космодемьянской, отдавшей жизнь во имя Родины. Поэтесса сумела передать обаяние личности народной героини, ее юношеские раздумья и переживания. Единство чувств и мыслей молодой патриотки с чувствами и мыслями воспитавшего ее народа хорошо раскрыто в поэме.
Поэма звучит как взволнованное лирическое обращение поэта к лицам, действующим в произведении, прежде всего к самой Зое. Это придает всему произведению характер задушевной беседы, волнующей исповеди. Живые разговорные интонации усиливают эмоциональную окраску повествования, его напряженность. Для М. Алигер характерна повышенно-экспрессивная речь, которая иногда звучит несколько приглушенно, что позволяет резче почувствовать проникновенную силу слова. Писать так, «...чтоб слышны стали людям сказанные шопотом слова»,— это эстетическое требование, выдвинутое самой поэтессой, хорошо передает своеобразие ее стиля.
В образе Зои воплощены типичные черты молодого поколения, для которого личное и общественное — нераздельны. Ради большого человеческого счастья Зоя отдает свою жизнь. Гибель героини оказывается ее величайшей победой, ибо Зоя становится символом непобедимости народа. В этом высокая трагедийность произведения, в этом его жизнеутверждающая сила.

Ты лежишь на снегу.
О, как много за нас отдала ты,
чтобы гордо откинуться чистым прекрасным лицом!
За доспехи героя,
за тяжелые ржавые латы,
за святое блаженство быть храбрым бойцом.
Стань же нашей любимицей, символом правды и силы,
чтоб была наша верность, как гибель твоя, высока.
Мимо твоей занесенной снегами могилы,
на запад, на запад! — идут,
присягая,
войска.


В неразрывной связи эпического начала с открытым, лирическим выражением автором своего отношения к изображаемому — особенность не только поэмы Алигер, но и всей поэзии военных лет, плодотворно развивающей традиции Маяковского.
Безграничное горе поэта о погибшем на фронте единственном сыне в поэме П. Антокольского «Сын» (1943) сочетается с эпическим повествованием о юном советском бойце. Основой сюжета поэмы является противопоставление двух образов — советского юноши, вступившего в жизнь для творческого созидательного труда, и фашистского молодчика, с детских лет подготовленного к разбою и убийству. Рисуя картину детства и отрочества сына, в которой отразились типические черты жизни нашей молодежи, поэт заключает ее гневным обращением к отцу гитлеровского солдата:

Мой сын был комсомольцем.
Твой — фашистом.
Мой мальчик — человек.
А твой — палач.


Глава о поединке двух сыновей — сына-человека, рожденного Советской страной, и сына-палача, вскормленного фашистской Германией,— как и вся поэма Антокольского, приобретает обобщающий смысл. Горе отца вливается в общую скорбь народа о своей земле, застланной дымом пожарищ, разоренной врагом. Трагическая повесть о сыне перерастает в поэму о родине, о священной ненависти, о грядущей победе, о молодом поколении, отдающем свою жизнь за светлое мирное будущее. Поэма П. Антокольского «Сын», написанная страстно и горячо, далека от того духа книжности и отвлеченности, который присущ был многим его прежним произведениям.
В Ленинграде в самое тяжелое время блокады создана была поэма В. Инбер «Пулковский меридиан» (1941—1943). Гневные строки поэмы, направленные против фашистов, как бы вобрали в себя ненависть всего народа к врагам Советской Родины. Суровый счет, предъявляемый гитлеровским палачам, неотделим в поэме от пафоса великой культуры, высокой мысли, большого искусства, сосредоточием которого, по мысли поэтессы, является город Ленина, стоящий на Пулковских высотах.
В спасении мира, человеческой культуры, разумного труда от нашествия варваров — источник гуманизма. Поэтически развивая эту мысль, Вера Инбер изображает справедливую Отечественную войну, как высшее проявление гуманизма.

...Избавить мир, планету от чумы,—
Boт гуманизм! И гуманисты — мы.


Воссоздавая отдельные эпизоды обороны Ленинграда, поэтесса рассказывает о стойкости и мужестве ленинградцев, об их каждодневном героическом труде, о неиссякаемой энергии, о перенесенных ими тяжелых испытаниях, о возрождении города после прорыва блокады. Зоркое поэтическое зрение позволило В. Инбер отобрать «песчинки быта», передающие полную драматизма жизнь и борьбу ленинградцев.
В переплетении бытовых, будничных мелочей с большим трагическим планом, в сочетании высокого пафоса культуры с мягким человеческим теплом, которым согреты эпизодические образы поэмы, своеобразие «Пулковского меридиана» — поэмы, написанной в форме лирического дневника. С этой особенностью произведения непосредственно связаны неожиданные переходы от разговорной, прозаической интонации («Лежу и думаю. О чем? О хлебе») к торжественному, эмоционально-приподнятому, почти ораторскому стилю («Да здравствует великий русский город с энергией, не виданной дотоль!..»).
По своему жанру, по «ленинградской теме» близки к «Пулковскому меридиану» поэма З. Шишовой «Блокада» и «Февральский дневник» О. Берггольц, в которых лирический образ поэта расширяется до обобщенного образа ленинградца суровых дней блокады.
Широкое распространение в годы войны получают различные жанры стихотворной сатиры. Сатирическое стихотворение, басня, фельетон, памфлет, обличительная песня, эпиграмма, подпись к карикатуре — эти формы использовались Д. Бедным, С. Маршаком, В. Лебедевым-Кумачом, С. Михалковым, С. Васильевым, С. Кирсановым, А. Безыменским, A. Прокофьевым, А. Жаровым, И. Уткиным и др. Многие из них работали в содружестве с художниками. По инициативе Союза Советских художников, по примеру «Окон Роста» B. Маяковского, с первых дней войны начинают выходить «Окна ТАСС», в создании которых приняла участие бригада поэтов. Выпускаются специальные фронтовые издания стихотворной сатиры. Сатира стала массовым творчеством, ни одна фронтовая газета не обходилась без отдела сатиры, создававшегося нередко силами самих читателей.
Используя в работе над стихотворной сатирой свой большой опыт, накопленный со времен гражданской войны, часто выступал в печати Демьян Бедный. Он создал серию сатирических портретов врага («Ряженый бандит», «Фашистский красавец», «Хвастливый котенок» и др.), ряд популярных басен («Волк-моралист», «По гостю — встреча», «Обиженный вор», «Шулера»). Особенным успехом пользовались стихотворения Д. Бедного, вскрывавшие ложь фашистской пропаганды. В текст произведений поэт вводил разнообразный документальный материал, остро высмеивая хвастливые обещания гитлеровских главарей, заявления фашистских газет («Геббельсовские изречения «рождественские» до умопомрачения», «Фашистские ангелочки», «Разлука ты, разлука» и др.). Острие сатиры Д. Бедного было направлено и против тех зарубежных сторонников фашизма, которые в конце войны, заботясь о возрождении гитлеровской военной машины, призывали к «жалости» и к «снисхождению».

Коль не добить зубов лишившейся змеи,
Пасть снова у нее зубами зарастает! —


гневно предупреждал Д. Бедный в одной из басен.
На страницах «Правды» часто публиковались шаржи и карикатуры Кукрыниксов с меткими сатирическими подписями С. Маршака, попадавшего не в бровь, а в глаз гитлеровским заправилам.
Широко применяя различные формы сатирического разоблачения, поэты обращались к народной поэзии, творчески использовали народную песню, пословицу, поговорку, загадку, крылатые выражения. Так, С. Маршак перефразировал тексты известных песен и басен, оживлял стершиеся языковые метафоры, оригинально переосмысливал общеупотребительные идиоматические выражения. Высмеивая гитлеровского подручного Муссолини — «ощипанного римского гуся»,— он пользуется пословицей «гусь свинье не товарищ»:

Бегущий гусь — я вам клянусь!—
Свинье берлинской был товарищем.


Поэт использует поговорку «у кольца нет конца»:

Кричали немцы: «Нет конца
У ленинградского кольца!»
Мечом рассек его боец —
И вот кольцу пришел конец!


В целях сатирического разоблачения С. Маршак часто прибегает к словесным каламбурам. Слово поэта-сатирика стало острым оружием в борьбе с оккупантами, воспитывало презрение и ненависть к врагу.
Поэтические произведения последних лет войны проникнуты радостным предчувствием скорой и полной победы. Жизнеутверждающие мотивы, проходящие через всю литературу военных лет, получают теперь усиленное звучание. Именно в конце войны появились такие произведения, как «Рассказ про Степана и про смерть» М. Исаковского, глава из поэмы А. Твардовского «Василий Теркин» — «Смерть и воин». Основное их содержание определено идеей победы жизни над смертью. С победоносным наступлением, развернувшимся по всему фронту, связано частое обращение поэтов к картинам восходящего солнца, наступления весны и т. п. («Весна» В. Инбер, «Сестра нашей славы — весна» А.Суркова и мн. др.). Изменяется самый пейзаж войны. Если для произведений 1941 — 1942 гг. характерны картины сожженной, обезображенной врагом земли, то теперь приобретают широкое распространение образы возрожденной жизни.
Выражая созидательные стремления народа, литература еще в разгар военных событий воспевала труд по восстановлению разрушенного врагом народного хозяйства. С 1943 г. эта тема выдвигается на одно из первых мест в поэзии. Типичную для этого времени картину жизни людей, спасенных от фашистского рабства, рисует М. Исаковский в стихотворении «Есть во Всходском районе...»:

На родных пепелищах — с утра до заката —
Топоры неумолчно стучат,
И, поднявшись над пеплом, сосновые хаты,
Словно колокол медный, звучат.


Идея освободительной миссии Советской Армии, проходятпая через всю литературу военных лет, приобретает еще более углубленную художественную трактовку в последние годы войны. Образ защитника Родины все рельефнее вырисовывается как образ воина-победителя, избавляющего народы мира от угрозы фашистского порабощения.

В годину испытаний,
В боях с ордой громил
Спасла ты, заслонила
От гибели весь мир.


Так М. Исаковский в «Слове о России» (1944) осмысляет самоотверженный подвиг родной страны. Ту же мысль проводит A. Сурков в стихотворении «Рубежи радости» (май 1945). В годы войны поэты использовали в своем творчестве все поэтические жанры — от лаконичного стихотворного призыва, боевого лозунга до большой поэмы, от песни и лирического послания до сатирического фельетона. И к каким бы формам ни обращались поэты, какие бы стороны действительности ни отражали их произведения, вся их творческая работа была проникнута коммунистической партийностью. Это означало для поэта быть всегда вместе с воюющим народом и все творчество посвятить делу победы над фашизмом. Знаменитые слова B. Маяковского: «Я хочу, чтоб к штыку приравняли перо» — стали девизом поэзии военных лет. При всем многообразии тем, образов и индивидуальных стилей и лирика, и эпос были направлены к одной цели — всемерно содействовать скорей шему разгрому врага. Именно в этом и заключалось продолжение замечательной традиции В. Маяковского, о которой хорошо сказал К. Симонов: «... она жила в сурковской землянке, она была там, где «смелого пуля боится, смелого штык не берет», она плавала через ледяную воду вместе с Василием Теркиным!» (1)
----------------------------------
1. «Литературная газета», 1953, 3 февраля.

продолжение книги...