Научные труды


вернуться в оглавление работы...

Л. П. Сергиевская. "Порфирий Никитич Крылов"
Новосибирск, областное изд-во, 1952 г.
OCR Biografia.Ru

продолжение работы...

НАУЧНЫЕ ТРУДЫ

П. Н. Крылов принадлежит к выдающимся учёным нашей страны. Без преувеличения можно сказать, что его исследовательская деятельность по изучению флоры и растительности Сибири составила целую эпоху.
Порфирий Никитич - ботаник-самородок. Любовь к растениям и непреодолимое желание их изучать проявились в нём в годы ранней юности сами собой, без постороннего вмешательства. Начав с коллекционирования, он, при своей тонкой наблюдательности, вскоре уже переходит к углублённому исследованию растительного покрова. У него не было учителя, который бы руководил его научными занятиями. Как учёный, он шёл совершенно самостоятельным, самобытным путём. Он сам вырабатывал своё направление в науке.
Во время многочисленных путешествий он исследует, познаёт, наблюдает растительный мир непосредственно в самой природе и в результате создаёт ряд классических произведений.
Впечатления и мысли о сибирской тайге изложены в его работе «Тайга с естественно-исторической точки зрения». В этом труде Порфирий Никитич дал не только художественно-научное описание сибирской тайги, но и заглянул в глубь веков, приоткрыл исторический путь её развития.
Он обращает внимание на тот замечательный факт, что нашим хвойным лесам свойственны вечнозелёные растения, с кожистыми, не сбрасываемыми на зиму листьями. К ним относятся, кроме хвойных пород (кедра, сосны, ели и пихты), ещё ряд кустарников: брусника, клюква, толокнянка, подбел, кассандра болотная, багульник и др. Он приходит к выводу, что «эти типичные представители фации хвойного леса суть остатки древней флоры, дошедшей до нас из третичного периода...»
Эту книжку он заканчивает словами: «Кому приходилось бывать среди типичной тайги, например в более дремучем пихтово-еловом лесу, тот, конечно, испытывал особенное ощущение, вызываемое его угрюмой и величественной картиной, увеличиваемое ещё своеобразным гулом кедра, скользящего между плотной хвоей. Но впечатление это, конечно, будет несравненно сильнее у того, кто знает, что, проникая в такую тайгу, например, из берёзового леса, он переступает из современной нам обстановки в обстановку седой старины, существовавшую уже в те отдалённые времена, когда на земле не было ещё нынешнего могущественного властелина её — человека».
Избрав для детального изучения флоры и растительности обширную территорию бывшей Томской губернии и Алтая, простирающуюся более чем на 1200 км в длину и на 900 км в ширину, П. Н. Крылов уже в 1898 г. публикует «Очерк растительности Томской губернии». В этом очерке он даёт чёткую картину размещения растительности в пределах изученной обширной площади, описывая ботанико-географические области: лесную, степную, альпийскую и пустынно-степную. Последняя представлена лишь островками по реке Чуе в юго-восточном Алтае. Он пишет, что более или менее резкие оттенки растительного покрова в каждой из указанных областей «зависят не от одних только климатических условий, но также от характера почвы, степени её влажности, рельефа, освещения, словом от различных местных условий, а также, кроме того, и от некоторых других причин». В этой же работе он останавливается на взаимоотношениях и борьбе между видами растений в растительных сообществах. Вновь возникающую, молодую, ещё не определившуюся науку о растительных сообществах он предлагает назвать (независимо от ботаника Пачоского) «фито-социологией». Его по праву можно считать основоположником этой науки, названной впоследствии, уже в советское время, более правильно «фито-ценологией». В своём замечательном труде «Липа на предгорьях Кузнецкого Алатау» Порфирий Никитич установил, что сохранившийся на Кузнецком Алатау липовый лес является реликтом, оставшимся со времени третичного периода. Он обнаружил, что липа растёт в сопровождении целого комплекса травянистых растений, свойственных широколиственным лесам Европы и отсутствующих в Сибири. В числе непременных спутников липы он называет такие виды, как копытень, ясменник душистый, воронец черноплодный, чистец лесной, мужской папоротник и другие, всего их 17.
Привлекая данные по ископаемой флоре, Порфирий Никитич сделал вывод о широком распространении в Сибири широколиственных лесов в плиоценовую эпоху третичного периода.
П. Н. Крылов много поработал над изучением Западнo-Сибирских степей, входящих ныне в состав Новосибирской области и Алтайского края. Вместе со своими учениками он покрыл их маршрутами в разных направлениях. В результате этих исследований опубликована его работа «Степи западной части Томской губернии», в которой дано классическое описание изученных степей. Степную область подразделил на зоны и подзоны и дал карту растительности этих степей.
Изучая северную часть Барабы, Порфирий Никитич, убедился, что здесь под влиянием человека идёт процесс наступления степи на лес, что последний отступил на север на 1—1 1/2 градуса, оставив на прежнем месте своего обитания остатки в виде пней и рямовых болот. Им обнаружены здесь интенсивные процессы засоления и установлена причина этого явления.
Степной вопрос издавна волновал умы русских исследователей. Мнения о том — наступает ли лес на степь или степь на лес были противоположны и дискуссировались на страницах печати. В полемике по степному вопросу принимал участие и П. Н. Крылов. Отвечая на критику почвоведа Драницына, он основывал свои выводы на фактических данных, решительно защищал свои положения, которые, кстати сказать, не расходились и с мнением великого русского почвоведа Докучаева. Порфирий Никитич разработал классификацию Западно-Сибирских степей, дал свою терминологию.
В своей работе «Очерк растительности Сибири», опубликованной в 1919 г., П. Н. Крылов обобщил весь накопившийся к тому времени материал, свой многолетний опыт и свои обширные познания. Он подразделил растительный покров Сибири с одной стороны на области, зоны и подзоны, с другой — на провинции и округа, составил карту растительности Сибири. Этот труд он рассматривал как основу для дальнейших работ в этом направлении. Несмотря на небольшой объём, эта работа относится к числу классических произведений по ботанической географии СССР.
Академик В. Л. Комаров писал, что этот труд является «строго продуманным среди аналогичных трудов других авторов». Это произведение и по сие время не утратило своего значения. Оно послужило фундаментом для более дробного ботанико-географического районирования Сибири, которое продолжают его ученики и последователи.
Несколько статей Порфирий Никитич посвящает Алтаю. В «Флористических этюдах прикатунского края» в популярной и художественной форме он дал яркое описание флоры Алтая. Он начинает эту статью следующими словами: «Жемчужиной великой Сибири, протянувшейся по северу всего азиатского материка, одним из лучших уголков её, является несомненно Алтай, эта замечательная горная страна, богатая оригинальными суровыми красотами своей природы, представляющей резкие контрасты в разных своих частях. Там, где горы наиболее высоки, вершины их одеты шапкой вечных снегов, порождающих глетчеры, громадная толща голубоватого льда которых образует медленно ползущие вниз потоки, из-под которых вытекают мутные речки, имеющие молочно-белый цвет вследствие обилия в них тонкого глетчерного ила, происходящего от истирания льдом горных пород, подстилающих его толщи».
Участникам экскурсий, направляющихся на Алтай, необходимо прочитать эту небольшую, но содержательную и красочно написанную книгу.
В одной из последних своих работ — «Фито-статистический очерк альпийской области Алтая» Порфирий Никитич даёт детальнейшее описание зон и подзон альпийской области Алтая: альпийских и субальпийских лугов, мхово-лишайниковой, щебнисто-лишайниковой и каменистой тундры. В формировании растительности альпийской области Алтая участвуют почти 300 видов высших растений.
П. Н. Крылов — автор двух крупных трудов по флоре Сибири. О первом из них — семитомном «Флора Алтая и Томской губернии» я уже упоминала в связи с основанием и созданием гербария Томского университета. К тому, что сказано было ранее, добавлю ещё, что выход в свет этого капитального труда был крупным событием для русской науки. Это было первое исчерпывающее и фундаментальное руководство для определения растений Сибири на русском языке. Существовавшие до этого труды Ледебура «Флора Алтая» («Flora altaica») и «Флора России» («Flora rossica»), написанные на латинском языке, были недоступны для широкого читателя. Они были достоянием лишь узкого круга специалистов. К тому же в них не было дано ключей для определения не только видов, но и родов растений, так что пользование ими было довольно затруднительно. «Флора», составленная П. Н. Крыловым, имела большие и несравнимые преимущества во всех отношениях. В ней имеются прекрасно составленные ключи для определения семейств, родов и видов растений, подробнейшие описания, являющиеся как бы фотографией самого описываемого растения, обстоятельные указания на условия произрастания, подробное географическое распространение каждого вида на территории Алтая и Томской губернии и, наконец, распространение его по всему миру. И — что особенно было ценно в этом труде — это предельная ясность изложения, простой доступный язык. Книгой мог пользоваться каждый, даже не имеющий специального ботанического образования. Её охотно приобретали врачи, учителя, студенты, не говоря уже о специалистах. Емельян Ярославский, будучи в ссылке в Якутске, занимался там ботаническими исследованиями. Сохранилось письмо его к Порфирию Никитичу, в котором он просил его выслать ему «Флору Алтая».
В «Флоре Алтая и Томской губернии» описано 1787 видов растений. Так как многие виды имеют широкое распространение по земной поверхности, то «Флорой Алтая» пользовались не только в Сибири, но и за её пределами. Ещё до окончания «Флоры Алтая» в 1909 г. Казанский университет присудил её автору степень почётного доктора ботаники. Томский университет представил П. Н. Крылова к званию профессора. Академия наук отметила выход этого труда присуждением его автору премии Бэра. Ещё не были дописаны последние страницы этого замечательного произведения, как Академия наук пригласила сибирского учёного на службу в Ботанический музей. Порфирий Никитич принял это предложение, но, как уже было упомянуто выше, через три года он снова возвращается в Томск.
В 1918 г. он приступил к созданию второго крупного труда — «Флора Западной Сибири». Взяться за такой большой труд на склоне лет побудило Порфирия Никитича то обстоятельство, что спрос на разошедшуюся «Флору Алтая» всё возрастал. Поэтому П. Н. Крылов и решил написать определитель для всей Западной Сибири, включив в него обширную территорию — от Урала до Красноярского края и от Ледовитого океана до хребтов Саура и Тарбагатая. С большой энергией отдался он новому обширному труду. Он пригласил к участию в нём своих учеников: проф. Б. К. Шишкина, меня, свою помощницу по гербарию, для повседневного участия в этом труде, Л. Ф. Покровскую-Ревердатто (безвременно погибла в 1925 г.) и Е. И. Штейнберг — свою ученицу в период работы в Ботаническом музее Академии наук. За несколько недель до смерти он включил ещё в число сотрудников «Флоры Западной Сибири» своего ученика, тогда ещё студента, Г. П. Сумневича, о котором выше уже упоминалось.
Порфирий Никитич очень спешил писать свой новый труд. К 1925 г. он уже почти вчерне и в кратком изложении довёл его до 1/3 предпоследнего XI тома. В то время, из-за недостатка бумаги, печатать было трудно, издание откладывалось на неопределённое время, что очень огорчало автора. Но в 1926 г. явилась возможность приступить к изданию. Издание «Флоры Западной Сибири» взяло на себя Томское отделение русского Ботанического общества. Получив субсидию от Сибкрайисполкома, от Главнауки, от центрального Ботанического общества, наше общество приступило к изданию и ныне довело его почти до конца. В 1931 г. оборвалась трудовая жизнь неутомимого исследователя Сибири П. Н. Крылова, но дело, начатое им, продолжало жить. Ученики сочли своим непреложным долгом довести до конца труд своего учителя. С 1932 по 1948 гг. были закончены и опубликованы следующие 5 томов, кончая XI, вышедшим из печати в 1949 г. Теперь подготовляется к печати последний, заключительный, XII том.
В «Флоре Западной Сибири» описано 2838 видов растений, составляющих растительный покров Западной Сибири, являющийся достоянием народного хозяйства нашей страны. Труд этот высоко ценится в Советском Союзе, как одно из лучших произведений в ряде ему подобных. На трудах П. Н. Крылова воспиталось несколько поколений ботаников. Его труды как бы раскрыли растительный мир Сибири, сделали его доступным для изучения и практического использования.
На громадной территории Западной Сибири, при различии физико-географических условий, многие виды отличаются чрезвычайной изменчивостью. Этот момент находит почти исчерпывающее отражение в «Флоре Западной Сибири», где для большинства видов приведены подвиды, разновидности и формы. Многие из них установлены самим П. Н. Крыловым или его учениками. В процессе длительной работы над «Флорой Западной Сибири» открыты новые для науки виды растений, ранее не известные.
Для Порфирия Никитича характерен широкий размах в работе. Будучи специалистом по высшим растениям, он в то же время заботился об изучении мхов, лишайников, водорослей и грибов. Он сам увлекался коллекционированием мхов и лишайников, привлекая к этому делу других, благодаря чему в гербарии Томского университета имеются богатейшие коллекции и по этим разделам растительного царства.
Порфирия Никитича Крылова по праву следует считать отцом сибирской ботаники. Для изучения флоры и растительности Сибири он сделал так много, как никто другой. В кратком очерке нет возможности останавливаться на всех его работах. Достаточно сказать, что труды П. Н. Крылова цитируются в учебниках и монографиях и пользуются широкой известностью не только в СССР, но и в зарубежных странах. Общий объём его трудов более 7000 страниц. Среди них есть одна работа не ботанического содержания. В период своей работы в Пермской губернии он, наряду с ботаническими исследованиями, наблюдал патриархальный быт населения, состояние сельского хозяйства, рыбный промысел и охоту, а также исследовал и историю заселения северо-западного приуралья.
Собранные им материалы опубликованы в книге под названием: «Вишерский край», изданной в г. Свердловске в 1926 г.
По своему миросозерцанию Порфирий Никитич был материалистом. Природу он рассматривал в вечном движении и совершенствовании. Исследуя растительность, он придавал громадное значение влиянию внешней среды, что красной нитью проходит во всех его работах, даже самых ранних.
В своём научном творчестве Порфирий Никитич никогда не спешил с выводами, долго вынашивал возникшие мысли и строил свои выводы на фактических данных. В своих научных работах он избегал иностранной терминологии, а пользовался русскими понятиями, веками сложившимися и укоренившимися в хозяйственной практике населения, в его жизненном обиходе.
За выдающуюся, плодотворную научную деятельность он был избран в 1925 г. в члены-корреспонденты Украинской Академии наук и в 1929 г. Академии наук СССР.
С первых дней советской власти П. Н. Крылов твёрдо встал в ряды передовых советских учёных. Несмотря на возраст, он с юношеской энергией продолжал работать для нашей социалистической науки, отдавая ей всё время, все силы. Он видел заботу, которой советское правительство окружило учёных, и эту заботу неоднократно чувствовал на себе самом. С живейшим интересом следил Порфирий Никитич за грандиознейшими преобразованиями в промышленности и сельском хозяйстве, происходившими на его глазах. «А что же будет дальше? — говорил он.— Как хотелось бы видеть!».
Свои обширные научные познания Порфирий Никитич преломлял не только в исследовательской, но и в своей практической деятельности. Имея фармацевтическое образование, он, на протяжении своей многолетней деятельности, уделял много внимания лекарственным растениям. Ещё в юношеские годы, исследуя флору Пермской губернии, он попутно собирал сведения о народных лекарственных растениях и опубликовал их в трудах общества естествоиспытателей при Казанском университете под заглавием: «О народных лекарственных растениях, употребляемых в Пермской губернии». К этому побудило его желание «принести со своей стороны хотя малую долю пользы для будущих санитарных изысканий в Пермской губернии»,— пишет он в предисловии к этой работе. Позднее подобного же характера труд он написал и на материалах, собранных в Казанской губернии. В этих двух работах он не ограничивался только изложением применения растений в народной медицине, но и привёл известные в то время о том или ином растении фармакологические данные.
В Ботаническом саду при Томском университете им в первые же дни заложен небольшой, но образцовый питомник лекарственных растений, где культивировались ландыш, валериана, наперстянка, различные виды ревеня, клещевина, дурман, белладонна, перечная мята и др.
С величайшей готовностью отзывался Порфирий Никитич на все запросы, поступающие к нему, как к виднейшему ботанику Сибири, от советских учреждений.
В 1920—1921 гг. он состоял консультантом в Сибцентросоюзе по вопросам заготовки и культуры лекарственных растений в Сибири. Изучение и освоение отечественной флоры для нужд социалистического здравоохранения в широких масштабах развернулось после Октябрьской социалистической революции. Во всех начинаниях, связанных с лекарственными растениями, П. Н. Крылов принимал самое деятельное участие - консультировал, организовывал. Его последняя экспедиция в Забайкалье была связана с изучением лекарственных растений. Интерес к лекарственным растениям он прививал и своим ученикам, продолжающим в Сибири его дело.
Порфирий Никитич принимал участие в работе комиссии по организации промышленной фармацевтической деятельности в Сибири. Для новой фармакопеи, составленной в 1925 г., он внёс существенные дополнений и поправки. При Томской фармшколе им был организован питомник лекарственных растений. Когда в Новосибирске открылся филиал Химико-фармацевтического института, он оказывал ему повседневную помощь.
П. Н. Крылов прекрасно знал садовое и оранжерейное дело, счастливо сочетая в себе обширные теоретические познания с практическими. Он провёл большую работу по озеленению Томска. Перед главным зданием университета он разбил прекрасный парк, насадил городской и Пушкинский сад — места отдыха трудящихся города. Им же насажены аллеи по Тимирязевскому и Кировскому проспектам, разбит парк на территории психиатрической лечебницы.
В 900-х годах П. Н. Крылов был приглашён произвести снегозащитные насаждения по линии железной дороги от Урала до Байкала. Для этого он основал три питомника — в Томске, Судженке и Иссилькуле.
Выше уже упоминалось об успешных опытах по шелководству и о культуре европейских сортов яблонь в Ботаническом саду университета.
В одном из приютов г. Томска в конце 90-х годов Порфирий Никитич преподавал детям садоводство и огородничество, устроил оранжерейку и парники, разбил фруктовый садик и большой опытный огород. Трёхлетние опыты по выращиванию овощей в этом огороде были опубликованы в 1898 г.
Работая в приюте, он всеми силами стремился расширить программу преподаваемых детям предметов, чтобы облегчить им путь к дальнейшему образованию. Но Томский губернатор категорически воспрепятствовал проведению в жизнь прогрессивных мероприятий. На этой почве у Порфирия Никитича возникли серьёзные разногласия с губернатором, и он вынужден был оставить работу в приюте.
П. Н. Крылов был инициатором открытия первой в Томске выставки огородничества, после чего эти выставки устраивались уже регулярно. Местные растениеводы получали от учёного постоянную помощь по вопросам культуры огородных и садовых растений.

продолжение книги...