Ликвидация унгерновщины в Монголии


вернуться в оглавление книги...

С.Н.Шишкин. "Гражданская война на Дальнем Востоке"
Военное издательство министерства обороны СССР, Москва, 1957 г.
OCR Biografia.Ru

продолжение книги...

Ликвидация унгерновщины в Монголии

С борьбой Дальневосточной республики за освобождение Забайкалья связаны также боевые действия советских войск и Народно-революционной армии против белогвардейских отрядов Унгерна в Монголии.
Барон Унгерн фон Штернберг являлся одним из ближайших сподвижников атамана Семенова. Семенов присвоил ему звание генерал-лейтенанта и назначил командиром конно-азиатской дивизии, которая располагалась в районе ст. Даурия и несла полицейско-карательную службу, охраняя от восточнозабайкальских партизан приграничный участок железной дороги Чита—Маньчжурия.
В августе 1920 г. в связи с изменившейся обстановкой дивизия Унгерна получила другую задачу. Она должна была двинуться в Монголию с тем, чтобы, объединив все находившиеся там белогвардейские отряды, глубоким обходом правого фланга Народно-революционной армии на Троицкосавск и последующим наступлением в северо-восточном направлении на Верхнеудинск изолировать Дальневосточную республику от Советской России. Но этим не ограничивались задачи Унгерна. Японские интервенты возлагали на него большие надежды политического характера. Ему надлежало стать проводником захватнической политики Японии во Внешней Монголии, которая была нужна японским милитаристам как удобный плацдарм для нападения на РСФСР.
С целью захвата этого плацдарма японцы еще в феврале 1919 г. собрали в Чите с помощью Семенова специальную «конференцию», которая вынесла решение о создании «Великого Монгольского государства» и выбрала «правительство», временной резиденцией которого являлась ст. Даурия.
В этих происках против Советской республики и монгольского народа принимали участие и американские правящие круги. Колчаковский представитель в Пекине доносил в феврале 1919 г. в Омск о том, что «Семенов от имени монголов послал через посредство какого-то, по-видимому, состоящего при нем американского полковника телеграмму Вильсону с просьбой о содействии самоопределению нового монголо-бурятского государства и посылке делегатов на мирную конференцию» (Парижскую.—С. Ш.).
Победы Советской Армии и партизан Дальнего Востока, а также отрицательное отношение самих монголов к «даурскому правительству» обусловили провал этой панмонгольской затеи.
Но в ноябре 1919 г. китайские милитаристы под предлогом защиты «от проникновения большевизма» при соучастии подкупленных предателей из монгольских князей и лам оккупировали Внешнюю Монголию, ликвидировав ее автономию.
Пока у власти в Китае находилось правительство прояпонского направления (аньхуэйская клика), такое положение вполне устраивало японских империалистов. Оставаясь в стороне, они рассчитывали руками китайских милитаристов осуществить закабаление монгольского народа. Но в июле 1920 г. прояпонское правительство в Пекине было свергнуто. Вместо него к власти пришли представители чжилийской клики бэйянских милитаристов англо-американской ориентации.
В этих условиях Япония стремилась отыскать новые средства для захвата позиций в Монголии. Действуя по обыкновению через подставных лиц, она выдвинула Унгерна, остававшегося до тех пор в тени, как носителя идей «независимости» Монголии. Начинив его панмонгольскими идеями, японское командование поставило перед Унгерном своеобразную задачу — сыграть роль «освободителя Монголии от гнета китайских милитаристов» и тем упрочить положение японских захватчиков. Этим японские империалисты стремились парализовать также подлинное национально-освободительное движение, развернувшееся под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции среди монгольского народа против иностранных поработителей и продавшихся им феодальных князей.
Чтобы придать Унгерну вид самостоятельно действующей фигуры, не связанной с семеновцами, достаточно скомпрометировавшими себя, Семенов по указке японского командования издал специальный приказ: «Командующий конно-азиатской дивизией генерал-лейтенант барон Унгерн фон Штернберг за последнее время не соглашался с политикой главного штаба и, объявив свою дивизию партизанской, ушел в неизвестном направлении... штаб впредь снимает с себя ответственность за ее действия».
Унгерн в соответствии с поставленными перед ним задачами выдвинул, с одной стороны, лозунг борьбы с большевиками и восстановления в России монархии с царем Михаилом Романовым, с другой — создание «Великого Срединного Монгольского государства».
В августе 1920 г. основное ядро конно-азиатской дивизии двинулось из Даурии вдоль северной границы Монголии на запад. В первых числах сентября унгерновцы достигли реки Онон южнее Акши и после столкновения с партизанами Западного Забайкалья ушли в Монголию.
Остановившись на реке Керулен, Унгерн развернул энергичную деятельность с целью привлечения на свою сторону монгольских феодальных князей. С их помощью ему удалось пополнить свою дивизию людьми и конским составом, а через японских интервентов достать оружие. К нему присоединился и ряд мелких белогвардейских шаек, скрывавшихся на монгольской территории.
Вместе с Японией Унгерну оказывали помощь и направляли его деятельность империалисты США. Один из захваченных в плен белогвардейских офицеров, являвшийся помощником атамана Казанцева, подчиненного Унгерну, показывал: «Общие указания и средства все отряды Монголии, а также банды Дутова и Анненкова получают от Японии и из Америки».
26 октября унгерновцы совершили налет на столицу Монголии Ургу и ворвались в нее, но подошедшие на помощь ургинскому гарнизону китайские войска отбросили унгерновцев на восток. После этого Унгерн приступил к осаде города, продолжавшейся до 7 ноября. Не добившись успеха, Унгерн отвел свои основные силы в Цеценхайский аймак, где провел более основательную подготовку.
В конце января 1921 г. белогвардейцы возобновили наступление. 3 февраля Унгерн внезапным налетом наголову разбил китайский гарнизон Урги и овладел городом. Часть китайцев перешла к нему. В руки унгерновцев попали китайская артиллерия, пулеметы, много боеприпасов, а также огромные запасы различного военного имущества.
После захвата Урги Унгерн сразу выдвигается как политическая фигура. Он восстанавливает номинально власть монгольского хутухты Богдо-Гегена(1), получает титул монгольского хана и становится главнокомандующим монгольской армией. Он отправляет декларации «о восстановлении автономии Монголии» китайскому правительству, народному комиссариату иностранных дел Советской республики и военному губернатору восточных провинций Китая Чжан Цзо-лину, являвшемуся японским агентом. В то же время Унгерн послал Чжан Цзо-лину секретное сообщение с обещанием передать Монголию его войскам. Оживленная переписка велась с белогвардейскими главарями.
Весной 1921 г. белогвардейцы, выброшенные из Сибири и из освобожденных областей Дальнего Востока, планировали по указанию американо-японских и англо-французских империалистов широкое нападение на территорию Советской республики и на ДВР. В этих планах Унгерну отводилась одна из важных ролей. Он должен был объединить вокруг себя все белогвардейские отряды, оперировавшие на русско-монгольской границе.
21 мая 1921 г. Унгерн издал приказ, в котором излагалась «политическая программа» и давалась оперативная директива. Согласно этому приказу выступление белогвардейцев намечалось по следующим направлениям: а) западнее ст. Маньчжурия; б) на мензенском направлении вдоль Яблонового хребта; в) вдоль реки Селенги; г) на Иркутск; д) вниз по реке Енисею из Урянхайского края; е) вниз по реке Иртышу. Конечными пунктами по плану операции являлись города, расположенные на Сибирской железнодорожной магистрали.
Руководство действиями на иркутском направлении (из западной части Монголии) возлагалось на полковника Казагранди, кавалерийская бригада которого группировалась в районе южнее озера Косогол.
Наступление из Урянхайского края (енисейское направление) надлежало организовать атаману Енисейского казачьего войска Казанцеву. На иртышском направлении должен был развернуть свои действия «свбдный отряд Горно-Алтайской области» под командованием есаула Кайгородова. На мензенском направлении (в северо-восточной части Монголии по рекам Онон и Керулен) оперировали белогвардейские бурят-монгольские отряды.
Унгерн оставлял за собой руководство наступлением вдоль реки
----------------------------------------------------------
1. Духовный и светский глава Монголии до провозглашения в 1924 г. Монгольской Народной Республики.
----------------------------------------------------------
Селенги, которое намечалось проводить силами конно-азиатской дивизии, сосредоточенной в двух группах: 1-я кавалерийская бригада под командованием Унгерна группировалась в районе Урги; 2-я — под командованием генерала Резухина находилась в районе Ван-Хуре на правом берегу реки Селенги.
Все перечисленные белогвардейские отряды насчитывали 10550 сабель, 200 штыков, 37 пулеметов и 21 орудие. Из них конно-азиатская дивизия имела 4 800 сабель, 200 штыков, 20 пулеметов, 12 орудий (1-я бригада — 2700 сабель, 12 пулеметов, 8 орудий; 2-я — 2100 сабель, 200 штыков, 8 пулеметов, 4 орудия);
бригада полковника Казагранди — 620 сабель, 2 пулемета, 1 орудие; три отряда Казанцева — 700 сабель, 1 орудие; бурят-монгольские отряды мензенского направления — 3450 сабель, 12 пулеметов, 2 орудия.
Наиболее боеспособную часть составляли забайкальские белоказаки, являвшиеся ядром конно-азиатской дивизии. Остальной контингент, состоявший из бело-монголов и бело-китайцев, был мало боеспособен. Главное преимущество унгерновцев заключалось в их подвижности. Обладая большим количеством лошадей (не менее двух лошадей на каждого всадника), противник мог широко маневрировать в ходе боев. Он быстро совершал многокилометровые переходы, производил внезапные и стремительные налеты.
План Унгерна в основном сводился к следующему: оперируя на широком фронте и отвлекая демонстративными действиями на флангах внимание нашего командования, главный удар нанести в центре в направлении Урга, Троицкосавск силами 1-й кавалерийской бригады конно-азиатской дивизии. После захвата Троицкосавска Унгерн предполагал двигаться в северо-восточном направлении в глубь Дальневосточной республики и выйти по кратчайшему пути к ст. Петровский завод Забайкальской железной дороги. Большие надежды он возлагал на помощь японских интервентов, а также на поддержку местного кулачества.
Начать наступление предполагалось в конце мая 1921 г. Оно увязывалось по времени с выступлением белогвардейцев в Южном Приморье. Нанесению главного удара должно было предшествовать развертывание активных действий на флангах.
В 20-х числах мая все отряды, подчиненные Унгерну, начали выдвигаться к северной границе Монголии. Отдельный бурят-монгольский отряд численностью до 500 сабель выступил из верховьев реки Онон в район Мензы; группа в 300 сабель из Отдельной кавалерийской бригады Казагранди двинулась из района оз. Косогол на поселок Модонкуль; 2-я кавалерийская бригада Резухина, переправившись через реку Селенгу, направлялась к станице Желтуринской. 25 мая выступила из района Урги на Троицкосавск 1-я кавалерийская бригада. В авангарде главных сил Унгерна двигался отряд под командованием чахара Баяр-гуна с задачей внезапным ударом уничтожить заставы красномонгольских частей в районе Ибицика и в дальнейшем наступать на Кяхту.
К моменту выступления белых расположение советских войск и частей Народно-революционной армии было следующим.
В Прибайкалье находилась 35-я стрелковая дивизия, снятая с трудового фронта из Восточной Сибири и переброшенная в связи с активизацией белогвардейцев в Монголии к югу от озера Байкал. Ее 104-я бригада с 35-м кавалерийским полком и отрядом Щетинкина прикрывала границу с Монголией к западу от реки Селенги на 200-километровом участке; 105-я бригада занимала район Гусиного озера на границе с ДВР; 103-я бригада находилась в полосе железной дороги северо-западнее Верхнеудинска. Граница Дальневосточной республики с Монголией охранялась частями Народно- революционной армии — 2-й Отдельной кавалерийской бригадой, получившей наименование «Сретенской», а также пограничным батальоном и караульной ротой, располагавшимися в Троицкосавском районе и у станицы Шарагольской.
Кроме того, в приграничном монгольском городе Маймачен (южнее Троицкосавска) группировались красномонгольские части под командованием Сухэ-Батора. Здесь же находилось временное революционное правительство Монголии, образованное в марте 1921 г. и возглавлявшее национально-освободительное движение монгольского народа против интервентов и монгольских феодальных князей. Общая численность войск, сосредоточенных против Унгерна, достигала 7 500 штыков и 1 950 сабель при 250 пулеметах и 28 орудиях. Таким образом, Унгерн по живой силе имел к началу выступления превосходство на 1 300 человек, но уступал в количестве пулеметов более чем в 6 раз и в артиллерии на 7 орудий.
План борьбы с Унгерном, разработанный командованием только что создавшейся монгольской Народной армии и штабом Народно-революционной армии Дальневосточной республики, состоял в следующем.
Одна из частей монгольской Народной армии, стоявшая в Ибицике, должна была преградить путь отряду Баяр-гуна, двигавшемуся в авангарде главных сил Унгерна. Разгромом этого авангарда должен был руководить главнокомандующий монгольской Народной армией Сухэ-Батор.
Против унгерновских войск, наступавших на Троицкосавск и восточное, надлежало выступить 2-й Сретенской кавалерийской бригаде с приданной ей Читинской батареей.
Отпор кавалерийским бригадам Казагранди и Резухина, наступавшим на Модонкуль и станицу Желтуринскую, должны были дать войска монгольской Народной армии западного направления под командованием Чойбалсана и отряд партизан во главе с Щетинкиным.
Ликвидация белогвардейских отрядов, орудовавших в Алтайском и Кобдоском районах, возлагалась на специально командированных туда членов монгольского народного правительства, которые должны были организовать из местного населения добровольные партизанские отряды и разгромить разрозненные банды белогвардейцев.
Кроме того, по просьбе монгольского народного правительства туда же для ликвидации остатков белогвардейцев направлялись части Советской Армии.
Как показали дальнейшие события, основная роль в разгроме унгерновщины принадлежала войскам Советской Армии.
Первые столкновения произошли между 22 и 25 мая 1921 г. Белый отряд бурят-монголов, действовавший на правом фланге унгерновских войск, прорвался на территорию ДВР и захватил Мензу. В то же время конная группа из кавалерийской бригады Казагранди атаковала поселок Модонкуль. 25 мая 2-я бригада генерала Резухина столкнулась на реке Желтура с кавалерийским дивизионом из отряда Щетинкина и оттеснила его. В конце мая отряд Баяр-гуна внезапно напал на отряд монгольской Народной армии в Ибицике, уничтожил его и двинулся далее на север. Навстречу вражескому отряду выступил отряд красной монгольской конницы, возглавляемый Сухэ-Батором. Конница монгольской Народной армии разбила отряд Баяр-гуна и остатки его обратила в бегство. В это время главная группировка Унгерна продолжала скрытно сосредоточиваться к югу от г. Маймачен.
Ввиду угрозы станице Желтуринской командир 35-й стрелковой дивизии К. А. Нейман начал стягивать в мощный кулак растянувшиеся вдоль границы части 104-й бригады, усилив их одним полком 105-й бригады.
1 июня Резухин перешел границу и повел наступление на станицу Желтуринскую, но встречным ударом частей 104-й бригады был остановлен. В результате двухдневных ожесточенных боев, развернувшихся на южной окраине Желтуринской, белые были отброшены на монгольскую территорию. Произведя перегруппировку и изменив направление удара, Резухин в ночь на 5 июня вновь перешел в наступление. Он атаковал один из батальонов 313-го полка 105-й бригады, расположенный в поселке Босийском. Ему удалось захватить этот населенный пункт и прорваться на нашу территорию.
Выход противника к поселку Босийскому и продвижение его на северо-восток к Енхорам создали угрозу тылам 104-й бригады. Навстречу ему были направлены два полка 105-й бригады с задачей охватить белых с запада; одновременно части 104-й бригады получили приказ отрезать пути отхода неприятелю ударом в тыл с юго-запада. Началось выдвижение на юг и 103-й бригады. Боясь попасть в мешок, Резухин вынужден был поспешно начать отступление. Командование 35-й стрелковой дивизии немедленно организовало преследование противника.
9 июня 104-я и 105-я бригады с 35-м кавалерийским полком двумя колоннами двинулись за уходившими белыми в Монголию. Отходя по левому берегу реки Селенги, Резухин пытался переправиться на правый берег для того, чтобы присоединиться к главным силам Унгерна.
10 июня наши части настигли противника в районе Будуна в тот момент, когда он готовился к переправе. В боях 10—12 июня попытка белых перейти на правый берег была ликвидирована, и Резухин вынужден был отступить далее на юг вверх по Селенге. Для преследования его был оставлен один 35-й кавалерийский полк. Остальные части ввиду получения известий о переходе в наступление главных сил конно-азиатской дивизии получили приказ о возвращении.
Между тем Унгерн, полагая, что ему удалось отвлечь действиями Резухина главные силы советских войск, предпринял удар по Троицкосавску. 10 июня 1-я бригада белых, оттеснив части Народно-революционной армии и стремясь отрезать 2-ю Сретенскую кавалерийскую бригаду и красномонгольские части от войск Советской Армии, захватила населенный пункт Киран и вышла к Троицкосавску с востока. Но Унгерн просчитался. Командование 35-й стрелковой дивизии не было введено в заблуждение демонстративными налетами Резухина и своевременно начало выдвигать 103-ю бригаду в район Троицкосавска. С 11 по 13 июня развернулись упорные бои между главными силами Унгерна и 103-й бригадой, 2-й Сретенской кавалерийской бригадой и частями монгольской Народной армии. В этих боях Унгерн потерпел поражение. 13 июня полки 103-й бригады совместно с частями Народно-революционной армии охватили левый фланг противника и вынудили его к отходу. Унгерн потерял почти всю артиллерию и, будучи ранен, поспешно отступил в Монголию. Таким образом, план белогвардейцев, рассчитанный на внезапность удара, потерпел крах. Унгерну не удалось прорваться на троицкосавском направлении и создать угрозу флангу и тылу главных сил Народно-революционной армии. Инициатива полностью перешла к советским войскам.
18 июня, согласно просьбе Временного монгольского революционного правительства об оказании помощи в деле освобождения Монголии от белогвардейцев и интервентов, советское командование дало директиву о подготовке похода на Ургу. С этой целью войска, действовавшие в Троицкосавском районе, были усилены 5-й кавалерийской дивизией, переброшенной к 26 июня из Верхнеудинска, и объединены в экспедиционный корпус под командованием К. А. Неймана.
27 июня корпус тремя колоннами двинулся в глубь Монголии. Главные силы составляла центральная колонна, направлявшаяся по тракту через Маймачен на Ургу. В нее входили 5-я кавалерийская дивизия, 103-я стрелковая бригада и части монгольской Народной армии.
Правая колонна в составе 105-й стрелковой бригады, 35-го кавалерийского полка и конного отряда Щетинкина следовала по левому берегу Селенги на Будун. В левую колонну входила одна 2-я Сретенская кавалерийская бригада. Она выступила по восточной дороге Карнакайка — Урга. Задачей правой и левой колонн являлось прикрытие флангов главных сил. В резерв корпуса была выделена 104-я стрелковая бригада с расположением в районе Кяхты. Войскам предстояло проделать до Урги 350-километровый марш за 10—12 дней. Основной коммуникацией их служила только река Селенга. Несмотря на трудности, вызванные большим отрывом от баз снабжения, оставленных в Кяхте, наступление протекало успешно. 3 июля центральная колонна разгромила выдвинутый Унгерном в качестве заслона отряд Нечаева в составе 500 сабель и захватила пленных. Пленные сообщили о том, что сам Унгерн с главными силами ушел на запад, в район Ахай-Гун-Хере, с целью соединения с Резухиным. Командование корпуса, руководствуясь стремлением возможно быстрее занять Ургу, не сделало никаких перегруппировок. Центральная и левая колонны по-прежнему продолжали двигаться на юг. Выдвинувшийся на поддержку Нечаеву отряд белых под командованием Немчинова в составе 600 сабель также потерпел поражение.
6 июля отряды монгольской Народной армии совместно со 2-й Сретенской кавалерийской бригадой вступили в Ургу.
7—8 июля подошли 5-я кавалерийская дивизия и 103-я бригада. Овладение Ургой имело важное политическое значение, так как знаменовало собой переход к новому этапу развития национально-освободительного движения в Монголии. Отсюда Временное монгольское революционное правительство могло более эффективно руководить борьбой трудовых масс, что не замедлило сказаться в самое ближайшее время. Начались повсеместно революционные восстания аратов.
Унгерн лишился экономической и политической базы и оказался изолированным от белых бурят-монгольских отрядов мензенского направления. Он пытался теперь во что бы то ни стало соединиться с бригадой Резухина, находившейся на левом берегу Селенги. Это ему удалось.
Перед командованием экспедиционного корпуса встала задача ликвидировать объединившиеся силы белых. Решено было выдвинуть в помощь правой колонне резервную 104-ю бригаду с задачей обойти правый фланг противника, сгруппировавшегося в районе Ахай-Гун-Хуре. Одновременно 5-я кавалерийская дивизия должна была отрезать пути отхода унгерновцам на юг. Конному отряду Щетинкина и 227-му стрелковому полку, выдвинутому из состава 26-й дивизии к востоку от озера Косогол, надлежало охватить левый фланг. Но этот план не удалось выполнить. 104-я бригада и 5-я кавалерийская дивизия, утомленные трудным маршем, опоздали. Вся тяжесть боя легла на 105-ю стрелковую бригаду и 35-й кавалерийский полк, наступавшие на Ахай-Гун-Хуре с севера. 18 июля они атаковали унгерновцев, но противник, имея почти двойное превосходство, перешел в контратаку и после ожесточенного боя оттеснил части правой колонны.
Однако, почувствовав угрозу обхода, Унгерн 20 июля под прикрытием арьергардов двинулся вверх по реке Селенге. На следующий день 105-я бригада сбила вражеские арьергарды и обнаружила, что противник изменил направление отхода. Унгерну удалось запутать следы и оторваться от преследовавших его частей правой колонны.
Только 24 июля было установлено, что белые повернули на север и вышли в долину реки Джида.
Получив ложное сообщение о том, что Семенов вместе с японцами занял Читу, и надеясь на поддержку западнозабайкальского казачества, Унгерн решил еще раз попытаться прорваться на Верхнеудинск. В связи с этой угрозой командование экспедиционного корпуса сформировало из тыловых учреждений пять резервных полков общей численностью в 3 350 человек при 29 пулеметах и 21 орудии. На полки возлагалась задача прикрыть тылы корпуса до возвращения из Монголии главных сил. Кроме того, из состава 5-й Краснознаменной армии были выделены в район Гусиного озера 7-й Особый отряд, 232-й и 234-й стрелковые полки 26-й стрелковой дивизии.
Между тем Унгерн, выйдя 24 июля на советскую территорию в районе Цежейского, повернул на северо-восток и двинулся к Гусиному озеру.
29 июля белогвардейцы внезапным налетом разбили под Ново-Дмитриевкой 7-й Особый отряд, отбросили один батальон 232-го полка и прорвались к Ново-Селенгинску. 1 и 2 августа противник захватил Ново-Селенгинск и выдвинулся передовыми частями севернее Гусиного озера. Последним населенным пунктом, которого достигли унгерновцы, был Нижн. Убукун, расположенный в 50 км юго-западнее Верхнеудинска. Дальнейший путь унгерновцев был прегражден 234-м стрелковым полком. С востока Унгерну угрожали тыловые части экспедиционного корпуса, расположившиеся по реке Селенге. В то же время с юга подходил конный отряд Щетинкина, достигший уже южного берега Гусиного озера; вслед за ним подтягивались к долине реки Джида 104-я, 105-я бригады и 5-я кавалерийская дивизия. Таким образом, белые, устремившиеся к Верхнеудинску, оказывались охваченными с трех сторон. Дальнейшее выдвижение на север 104-й, 105-й бригад и 5-й кавалерийской дивизии приводило к окружению всей вражеской группировки. Почувствовав нависшую угрозу и убедившись в бесплодности своих надежд на поддержку местного казачества, Унгерн решил уйти обратно в Монголию. 3 августа он повернул свои войска на юго-запад, направив их по западному берегу Гусиного озера. В районе Ново-Дмитриевки он сделал попытку прорваться на юг, но наткнулся на части 105-й стрелковой бригады.
В течение 5 августа происходили ожесточенные бои между конницей Унгерна и 105-й бригадой, усиленной к концу дня двумя полками 104-й бригады. Белые потерпели полное поражение и вынуждены были повернуть на запад. Спасаясь бегством по труднопроходимым тропам хребта Хамар-Дабана и теряя людей и обозы, Унгерн стремился уйти в долину реки Джиды. 7 августа он с остатками своей дивизии в 2 тыс. сабель достиг поселка Капчеранского и потом через поселок Модонкуль ушел в Монголию. Его преследовали по пятам конный отряд Щетинкина и 104-я стрелковая бригада. В то же время 5-я кавалерийская дивизия была брошена к устью реки Эгин-Гол, с тем чтобы перерезать Унгерну пути отхода. С юга выдвигались революционные монгольские отряды.
В результате неудач среди унгерновцев началось разложение. Головка дивизии — Унгерн и Резухин пытались отступить на запад, а подавляющая часть офицеров и казаков стремилась на восток, в Маньчжурию. В результате раздоров офицеры убили Резухина, а личная охрана арестовала Унгерна.
22 августа в районе горы Урт разведчики из отряда Щетинкина и 35-го кавалерийского полка захватили Унгерна в плен. Жалкие остатки его войск в количестве не более 600 сабель пытались уйти на восток, но были ликвидированы севернее и южнее Урги революционными монгольскими отрядами и частями 2-й Сретенской кавалерийской бригады. Сам Унгеря был доставлен в Иркутск и затем предан суду чрезвычайного трибунала в Новосибирске. По решению суда в сентябре 1921 г. он был расстрелян.
Ликвидацией унгерновщины войска Советской Армии и Народно-революционной армии достигли крупной победы политического и оперативно-стратегического значения. Они помогли монгольскому народу сбросить иго интервентов и феодально-теократической верхушки. Монголия стала независимой страной. Попытки японских захватчиков создать на территории Внешней Монголии плацдарм для осуществления своих планов отрыва Дальнего Востока от Советской России потерпели крах. Была ликвидирована угроза флангу и тылу Народно-революционной армии и вырвано одно из важнейших звеньев в цепи белогвардейских выступлений, подготовленных империалистами весной 1921 г.
Во время ликвидации унгерновщины советские войска и войска Народно-революционной армии приобрели значительный опыт борьбы на горно-пустынном театре против подвижного врага, обладавшего преимуществом в коннице.

продолжение книги...