Второе наступление Народно-революционной армии на Читу


вернуться в оглавление книги...

С.Н.Шишкин. "Гражданская война на Дальнем Востоке"
Военное издательство министерства обороны СССР, Москва, 1957 г.
OCR Biografia.Ru

продолжение книги...

Второе наступление Народно-революционной армии на Читу

Мероприятия сторон и план командования Народно-революционной армии. После первого неудачного наступления Народно-революционной армии на Читу японские интервенты стремились закрепиться в Забайкальской области. Они оставили без ответа предложение Верхнеудинского правительства от 21 апреля 1920 г. о перемирии. Японская военщина не только фактически, но и формально взяла под свое командование семеновские и каппелевские части.
Одновременно японские самолеты совершали дальние разведывательные полеты, разбрасывая листовки с призывом к народоармейцам сложить оружие и угрожая, что в противном случае «не будет никакой пощады, что японские войска всегда наготове». Но японским захватчикам не удалось поколебать воли к борьбе воинов Народно-революционной армии.
Неудачными также оказались и попытки Семенова развязать себе руки на Восточно-Забайкальском фронте, хотя туда были брошены крупные силы.
В десятых числах апреля, когда решалась судьба Читы, генерал Войцеховский предпринял большое наступление, двинув свои силы одновременно из Сретенска, Нерчинска и со ст. Оловянной. 12 апреля ему удалось охватить широким полукольцом партизанские полки, сгруппировавшиеся в районе станицы Копунь. Заняв населенные пункты Удычи, Налгачи, станицы Жидку и Шелопугино, белые на 13 апреля намечали нанести концентрический удар по станице Копунь.
Но партизанское командование раскрыло замысел и группировку врага и решило само перейти в наступление. В ночь на 13 апреля ударная группа партизан в составе пяти полков (из них два пехотных и три кавалерийских), прикрывшись частью сил с севера, нанесла внезапный удар на Купреково, Шелопугино и разгромила здесь дивизию генерала Сахарова. Белогвардейцы потеряли до 200 человек убитыми, массу ранеными и 300 сдавшимися в плен.
Остальные разбежались по лесам. Партизанам досталось несколько станковых и легких пулеметов, 3 орудия, свыше 1000 винтовок, огромный обоз с военным имуществом и продовольствием. После этого партизаны повернули свои полки на станицу Жидку и, подойдя к ней под прикрытием снежного бурана, разбили здесь вторую дивизию каппелевцев. Однако отсутствие боеприпасов не позволило партизанам развить свой успех далее вдоль Амурской железной дороги, а также выйти на железнодорожную магистраль Чита — Маньчжурия. Вместе с тем их активные действия заставили Семенова отказаться от мысли высвободить хотя бы часть сил для Читинского фронта.
С 20 по 29 апреля 1920 г. в станицах Жидка и Копунь состоялся 2-й съезд делегатов Восточно-Забайкальского фронта. Съезд принял резолюцию о непримиримой борьбе с интервентами и белогвардейцами и постановил считать важнейшей задачей Восточно-Забайкальского фронта уничтожение «семеновской стены», отделяющей Дальний Восток от Советской России, а также скорейшее соединение с Советской Армией. На съезде был утвержден проект реорганизации партизанской армии, предусматривавший объединение всех действующих революционных полков в корпус двухдивизионного состава. Съезд избрал командующим Восточно-Забайкальским фронтом Д. С. Шилова, а командиром Забайкальского партизанского корпуса — Я. Н. Каратаева. Таким образом, Восточно-Забайкальский партизанский фронт, несмотря на все попытки семеновцев разгромить его, продолжал организационно укрепляться. Восточно-забайкальские партизаны по-прежнему создавали угрозу тылу белогвардейцев и японских интервентов.
В то же время бои в районе Читы показали, что отражение наступления Народно-революционной армии требует от противника огромного напряжения. Метод обороны врага, основанный на взаимной поддержке и маневре смежных групп, часто нарушался стремительным натиском частей Народно-революционной армии.
Наступление 1-й Иркутской стрелковой дивизии с 10 по 13 апреля ставило японские части, расположенные на линии железной дороги, под угрозу быть отрезанными от Читы. Японское командование решило поэтому оттянуть свои силы из долины рек Ингоды и Читы и сосредоточить их в более компактную группировку, чтобы иметь возможность без длительных и сложных перегруппировок действовать в зависимости от обстановки как в северном, так и в южном направлениях, а части, находившиеся в полосе железной дороги, оттянуть к ст. Ингода. Наряду с этим японцы и семеновцы совершенствовали старые и возводили новые укрепления между Кенон, ст. Чита 1-я и далее на юг по западным скатам высот, лежащим восточнее деревни Засолочной. Окопы оборудовались также на северной, западной и южной окраинах Читы.
В качестве передовых опорных пунктов укреплялись селения Застепная, В.-Читинское, Каштак, Кенон; особенно сильные укрепления возводились в районе Черновских копей и разъезда Чернове.
К 25 апреля, по данным разведки Народно-революционной армии, группировка японских и семеновских войск была следующей; южнее Читы в районе Амодово, ст. Ингода, Черновские копи находились части 5-й японской пехотной дивизии. Читинское юнкерское училище и отряд генерала Лихачева, поддерживаемые двумя-тремя бронепоездами; в районе Застепной находились части Уфимской пехотной дивизии; в деревне Кенон—Добровольческой пехотной дивизии; у деревни Поповой (Карповка) группировались совместно с японцами полки 1-й Сводной пехотной дивизии; у В.-Читинского — Отдельная кавалерийская бригада трехполкового состава и бурятский кавалерийский отряд; в районе Подволочной — части Оренбургской сводной казачьей бригады.
Для усиления фронта все находившиеся в Чите войска, за исключением охраны штабов, складов и карательных отрядов, были отправлены на позиции главным образом на север от города. Японские войска пополнили свои силы 58-м полком 13-й пехотной дивизии и перебросили около 3 тыс. человек со ст. Маньчжурия. Они создали на северном направлении две новые группы: группу подполковника Кувабара и группу подполковника Матцуо.
Однако, несмотря на проведенные мероприятия, тактическое положение семеновцев на юго-западном участке несколько ухудшилось. С отходом японских частей к ст. Ингода и из долины реки Ингоды семеновцы вынуждены были под нажимом отряда Жарцева оставить район Татаурово, Черемхово и оголить тем самым важное направление, ведущее от Татаурово в обход Читы с юга. Тем временем Народно-революционная армия готовилась к новому наступлению. В середине апреля она пополнилась закончившими формирование соединениями.
15 апреля прибыла в район ст. Сохондо Забайкальская кавалерийская бригада. Вслед за ней на этой же станции выгрузилась Верхнеудинская бригада Забайкальской стрелковой дивизии. Таким образом, к 20 апреля на железнодорожном направлении сосредоточивалась большая часть сил Народно-революционной армии.
Учитывая, что при первом наступлении ингодинское направление было недооценено, командование армией решило на этот раз создать две ударные группировки: южную и северную. Забайкальская кавалерийская бригада была направлена к 3-й бригаде 1-й Иркутской стрелковой дивизии в районе Н. Кука, Ст. Кука, разъезд Лесной. Верхнеудинская бригада Забайкальской стрелковой дивизии получила приказ сменить в Беклемишеве 2-ю бригаду 1-й Иркутской стрелковой дивизии и занять исходное положение на линии озер Шакшинское, Арахлей, Иван. 2-я бригада 1-й Иркутской стрелковой дивизии перешла в район озера Тасей, ближе к 1-й бригаде.
В результате перегруппировки на южном (ингодинском) направлении теперь была создана довольно сильная группа в составе трех стрелковых и трех кавалерийских полков. Здесь же действовали части, входившие в отряд Жарцева. В общей сложности на южном направлении было десять стрелковых батальонов, двенадцать эскадронов, один бронепоезд, шесть орудий, два пулемета и два самолета.
На северном направлении в районе Телемба, озер Моягой и Тасей группировалось шесть полков 1-й Иркутской стрелковой дивизии, к которым 24 апреля были присоединены еще два батальона Кударинското полка Верхнеудинской бригады. Северная группа насчитывала девятнадцать стрелковых батальонов, девять орудий, 37 пулеметов.
В промежутке между северной и южной группами на беклемишевском направлении оставлялись два полка (Гашейский и Тарбагатайский) Верхнеудинской бригады 1-й Забайкальской стрелковой дивизии в составе шести стрелковых батальонов при трех орудиях и 13 пулеметах.
Такая группировка войск соответствовала обстановке. Если бы противник сосредоточил главные силы на ингодинском направлении, то овладеть Читой можно было бы ударом двух бригад 1-й Иркутской стрелковой дивизии с севера. В случае же сосредоточения усилий врага на северном направлении наступление южной группы в обход Черновских каменноугольных копей с востока или на поселок Атамановка создавало для семеновцев и японских войск катастрофическое положение. Следует заметить, что Забайкальскую кавалерийскую бригаду лучше было не придавать 3-й бригаде 1-й Иркутской стрелковой дивизии, а использовать как самостоятельную подвижную группу для развития успеха или для рейда в тыл противника с целью нарушения его коммуникаций. Приказами от 23 и 24 апреля 1920 г. войскам были поставлены следующие задачи.
Правая колонна (южная группа) под командованием командира 3-й бригады 1-й Иркутской стрелковой дивизии должна была, оставив заслон у Татаурово силою в один стрелковый батальон и два эскадрона при одном орудии, на рассвете 24 апреля произвести усиленные поиски разведывательными партиями в районе Амодово, Притупово; с рассветом 25 апреля перейти в решительное наступление, овладеть населенными пунктами Домно, Сиваково и закрепиться на южном берегу реки Домно; 26 апреля продолжать наступление через деревню Еремино в обход Читы с юга и овладеть военным городком и Песчанкой, преследуя противника кавалерийскими частями.
Средней колонне (Верхнеудинская бригада) под командованием командира Забайкальской стрелковой дивизии надлежало 24 апреля проводить усиленную разведку на Притупово; на рассвете 25 апреля овладеть Притупово и закрепиться там; 26 апреля наступать на деревню Кенон и атаковать Читу с запада.
Левой колонне (1-й и 2-й бригадам 1-й Иркутской стрелковой дивизии) приказывалось 24 апреля перейти в решительное наступление и овладеть перевалами по дороге из Телембы в Подволочную, перевалами юго-восточнее озера Монгой по Витимскому тракту и частью сил — перевалами по дорогам, идущим от озер Иван и Тасей на Застойную; 25 апреля овладеть районом Шишкине, В.-Читинское, Попова (Карповка), а также районом Застепной и закрепиться на рубеже река Кадала, Застепная, река Красный Мыс;
26 апреля, развивая наступление главными силами по восточному берегу реки Читы, а также продолжая действия из района Застепной, атаковать противника в Чите с севера и северо-востока. В резерв был выделен один батальон Кударинского полка Верхнеудинской бригады, который располагался в районе ст. Яблоновой.
Таким образом, замысел операции заключался в осуществлении концентрического наступления путем нанесения главных ударов с юга и севера. Вспомогательный удар наносился с запада Верхнеудинской бригадой.
Боевые действия 25 апреля — 5 мая. Южная группа имела в полосе своего наступления три направления.
Первое — проходило через Татаурово, В. Нарымское, Александровское и выводило на основную вражескую коммуникацию — железную дорогу Чита—Маньчжурия. По условиям местности здесь могли действовать лишь небольшие отряды пехоты и конница.
Второе (правоингодинское направление) — шло по восточному берегу реки Ингоды на Амодово, Сиваково и далее на Еремино. Наступлением на этом направлении можно было выйти в тыл противника в районе разъезда Чернове и создать угрозу врагу в Чите ударам с юга. Для этого нужно было форсировать реку Ингоду.
Третье (левоингодинское, или железнодорожное, направление) — пролегало через ст. Ингода, Домно, разъезд Черново, южный берег озера Кенон. Здесь находились сильно защищенные противником Черновские каменноугольные копи. Кроме того, по железной дороге семеновцы и японцы могли быстро перебрасывать свои резервы в район Черновских копей.
Наиболее выгодным являлось второе направление, так как оно давало возможность обойти вражеские укрепления с юга и востока. Однако командир 3-й бригады, решив наносить главный удар в полосе железной дороги, выделил на правоингодинское направление только один 13-й стрелковый полк; два других полка (14-й и 15-й) он отправил на железнодорожное (левоингодинское) направление.
Забайкальская кавалерийская дивизия вместо того, чтобы действовать массированно, должна была выделить свои полки для выполнения различных задач. Один полк был придан 14-му и 15-му стрелковым полкам, второй должен был «охранять фланги колонны», третий — «содействовать выполнению общей задачи».
Северная группа (1-я и 2-я бригады 1-й Иркутской стрелковой дивизии) имела для наступления также три направления: первое—озеро Тасей, Застепная, Кенон, Чита; второе — вдоль Витимского тракта от озера Монгой через реку Красный Мыс на Читу; третье — озеро Телемба, В.-Читинское, Смоленское, Каштак, Чита.
Наиболее удобным для скрытного подхода было третье направление, проходившее по западной опушке леса на склонах хребта Черского. Остальные направления, проходя по восточным скатам Яблонового хребта, просматривались со стороны противника.
Именно третье направление, как главное, имело в виду командование Народно-революционной армии, приказывая развивать наступление главными силами по восточному берегу реки Чита и атаковать противника в Чите с северной и северо-восточной стороны. Но командир 1-й Иркутской стрелковой дивизии решил наступать на всех трех направлениях. Первое направление получила 2-я бригада, а второе и третье—1-я бригада.
Таким образом, идея двустороннего удара массированными силами по читинской группировке противника не получила практического претворения. Вследствие этого главные события развертывались не на решающих направлениях, и наступление развертывалось не теми темпами, какие требовались.
25 апреля на участке южной группы боев не было. Они начались на центральном участке.
Тарбагатайский полк Верхнеудинской бригады, наступавшей на беклемишевском направлении, отбросил противника на высоты к Черновским копям и овладел Притуповым.
Части 2-й бригады 1-й Иркутской стрелковой дивизии только к вечеру заняли исходное положение и поэтому овладеть деревней Застепной в этот день не смогли. 1-я бригада в течение 25 апреля наступала 9-м полком от озера Телемба на В.-Читинское, а 7-м полком — из долины реки Красный Мыс на Попову (Карповку); 8-й полк двигался на уступе справа от 7-го полка.
Переправившись через реку Красный Мыс, 7-й полк вышел в район В.-Читинское, Попова (Карповка) и оказался на фланге группы японских войск подполковника Кувабара. Однако командир полка упустил момент броска в атаку. Японцы атаковали раньше.
8-й полк задержался на переправе. В результате разгоревшегося боя 7-й полк вынужден был отойти обратно в долину реки Красный Мыс.
Таким образом, в первый день наступления боев на решающих направлениях или совсем не было (направление Амодово, Сиваково, Еремино, или они не имели успеха (севернее Читы). Итоги первого дня должны были бы побудить штаб армии проверить организацию наступления, но этого сделано не было.
26 апреля на южном участке 14-й полк 3-й бригады при содействии 13-го полка овладел ст. Ингода и выдвинулся к реке Домно. Теперь предстояло сломить сопротивление противника в районе разъезда Черново, чтобы открыть путь на Читу. Командование Народно-революционной армии решило объединить действия южной и средней групп. Для этого из 3-й бригады 1-й Иркутской стрелковой дивизии и Верхнеудинской бригады была создана 2-я Иркутская стрелковая дивизия. 3-я бригада 1-й Иркутской стрелковой дивизии стала 1-й, а Верхнеудинская — 2-й бригадой новой дивизии. Перед командиром 2-й Иркутской стрелковой дивизии была поставлена задача обходом со стороны Еремино, разъезда Черново и со стороны Притупово ликвидировать противника в районе Черновских копей и закрепиться на рубеже реки Нарымка.
В этот же день на участке 1-й Иркутской стрелковой дивизии 2-я бригада атаковала Застепную и заняла ее, но, будучи атакована с флангов быстро переброшенной сюда на автомашинах японской пехотной группой подполковника Матцуо, вынуждена была после ожесточенного боя оставить деревню.
В то же время 1-я бригада отбила атаку группы подполковника Кувабара. Однако командир 1-й бригады не проявил находчивости и не контратаковал противника, а это могло бы оказать серьезную помощь 2-й бригаде, сражавшейся в тяжелых условиях у Застепной, так как создалась бы угроза флангу и тылу группы Матцуо.
Так, в частных боях, не связанных между собой единым планом, прошел второй день наступления, когда по плану операции северная группа должна была уже атаковать противника в Чите. Из-за отсутствия решительного перевеса сил на том или ином направлении бои принимали затяжной характер.
В последующие дни наибольший успех был достигнут на правоингодинском направлении.
1-я бригада 2-й Иркутской стрелковой дивизии в течение 27 и 28 апреля своим правым флангом овладела населенными пунктами Амодово, Домно, Сиваково. 29 апреля 13-й полк, успешно продвигаясь на север, занял Еремино и оказался в тылу черновских укреплений врага. В то же время 14-й, 15-й и Тарбагатайский полки вплотную подошли к району Черновских копей и начали бои за овладение позициями у поселка и разъезда Чернове и на западных подступах к вражеским укреплениям. Успешное продвижение 13-го полка давало командиру 2-й Иркутской стрелковой дивизии надежду на успешное развитие наступления на правоингодинском направлении. Поэтому 28 апреля он приказал командиру 1-й бригады сосредоточить главные силы на своем правом фланге и, форсировав под покровом ночи Ингоду южнее Засолочной, 29 апреля в 5 часов стремительным ударом выбить противника из г. Читы.
2-й бригаде была поставлена задача, согласуя свои действия с 1-й бригадой, нанести одновременно с ней удар с фронта и во фланг Черновских позиций с тем, чтобы выбить оттуда противника и настойчивым продвижением вперед развить достигнутый успех.
Но 1-я бригада не могла выполнить этого приказа, так как большая часть ее сил уже была втянута в безуспешные бои за поселок и разъезд Черново. 14-й и 15-й полки этой бригады, так же как и Тарбагатайский полк 2-й бригады, производила несогласованные атаки вражеских позиций с фронта; в то же время Забайкальская кавалерийская бригада, прикрывавшая левый фланг, бездействовала, хотя она могла бы обойти и атаковать врага с тыла, но не сделала этого, так как перед ней такая задача поставлена не была.
29 апреля командование Народно-революционной армии, убедившись в том, что операция протекает не так, как была спланирована, и что основные события происходят не на тех направлениях, которые имелись в виду, решило воспользоваться для достижения успеха теми группировками, какие сложились в ходе боев. Командиру 2-й Иркутской стрелковой дивизии было приказано «30 апреля с наступлением темноты перейти в наступление и овладеть районом Черновских копей; 1 мая, продолжая наступление, овладеть Засопочной и высотами юго-западнее, что между озером Кенон и рекой Ингодой». Для прикрытия правого фланга и содействия наступлению фланговым артиллерийским огнем приказывалось выделить конный отряд при двух орудиях. Отряд должен был наступать по правому берегу реки Ингоды.
Командиру 1-й Иркутской стрелковой дивизии была поставлена задача: «30 апреля ночным боем овладеть восточными склонами гор в районе Застепной; 1 мая атаковать Читу с северо-западной стороны, нанося главный удар на участке Кенон, Девичья горка 2-й бригадой; 1-й бригадой обеспечить левый фланг и вести демонстративный бой в районе Подволочная, Смоленское».
Командир 2-й Иркутской стрелковой дивизии решил создать ударную группу на левом фланге дивизии, включив в нее части 2-й бригады, 14-й полк 1-й бригады и Забайкальскую кавалерийскую бригаду. 1-я бригада (без 14-го полка) с 5-м Иркутским кавалерийским полком, энергично содействуя ударной группе, должна была овладеть поселком Черново.
13-му полку, находившемуся по-прежнему в районе Еремино, надлежало ликвидировать части противника, выдвинувшиеся на правый берег Ингоды. Коннице ставилась задача контролировать правый берег реки Ингода до поселка Атамановка и использовать каждый удобный случай для разрушения железной дороги.
Начало наступления было назначено на 22 часа 30 апреля. На перегруппировку сил и занятие исходного положения ушли сутки. Только в 22 часа 1 мая ударная группа смогла перейти в наступление и после ожесточенного боя вынудила японцев и белогвардейцев к отступлению. Коммунисты Тарбагатайского полка, возглавляемые комиссаром полка, первыми ворвались во вражеские окопы и в ожесточенном рукопашном бою отбросили японскую пехоту. Но японское командование, воспользовавшись разновременностью атак ударной группы и 1-й бригады, подтянуло по железной дороге свежие части и восстановило положение. Бои с переменным успехом продолжались весь день 2 мая и всю ночь на 3 мая.
1-я бригада вместо того, чтобы обойти своим правым флангом противника, продолжала безрезультатно лобовые атаки вдоль железнодорожного полотна, где действовали японские бронепоезда. В то же время все силы ударной группы были вовлечены в борьбу за район каменноугольных копей. Левый фланг ударной группы был открыт.
Противник, обнаружив, что дорога из Кенона на Домно-Ключевскую оставлена 2-й Иркутской дивизией без прикрытия, утром 3 мая выбросил сильную группу конницы и пехоты на автомашинах с артиллерийской батареей на Притупово. Японцы и белогвардейцы обошли левый фланг ударной группы, сбили слабый заслон Тарбагатайского полка и захватили Притупово. Вражеская батарея, развернувшись на высотах северо-восточнее Притупово, открыла интенсивный фланговый огонь по боевым порядкам 14-го полка.
Захватив Притупово, противник начал продвигаться на Домно-Ключевскую, заходя в тыл 2-й бригаде 2-й Иркутской стрелковой дивизии. Угроза тылу заставила 2-ю бригаду начать отход. Одновременно японские бронепоезда и японская пехота повели наступление на 1-ю бригаду. Оказавшись вследствие отхода 2-й бригады под угрозой глубокого охвата с северо-запада, 1-я бригада также стала отходить к ст. Ингода. К исходу дня 3 мая обе бригады отошли на линию ст. Ингода, река Рушмалея. При отходе 2-й бригады изумительный героизм и отвагу проявили пулеметчики Тарбагатайского полка. Они прикрывали отход главных сил и, если не успевали уйти, взрывали себя и пулеметы ручными гранатами.
13-й полк, получив сведения об отходе главных сил, двинулся из Еремино на Доронинское, куда и прибыл 9 мая. 4—6 мая 2-я Иркутская стрелковая дивизия под натиском противника продолжала отходить. 7 мая дивизия достигла ст. Яблоновой и в 10 км восточнее этой станции заняла оборонительные позиции. Японцы и белогвардейцы пытались развить успех, но все их атаки были отбиты.
На северном направлении в это время происходили следующие события.
Несмотря на приказ командования армии от 29 мая о наступлении 2-й бригады 1-й Иркутской стрелковой дивизии на участок Кенон, Девичья горка для последующего удара на Читу с северо-запада, эта бригада не смогла выполнить поставленной ей задачи. Все ее попытки выдвинуться из долины реки Красный Мыс на высоты, лежащие к северу от Застепной, не увенчались успехом. Инициатива наступления на Читу перешла к 1-й бригаде потому, что бой 8-го полка с японской группой подполковника Кувабара, разыгравшийся 30 апреля к востоку от реки Красный Мыс, закончился успешно. Японские войска понесли большие потери и были отброшены к Смоленскому.
Развивая успех 8-го полка, части 1-й бригады 1 мая предприняли наступление в направлении В.-Читинское, Попова (Карповка). Преодолевая сопротивление врага, они уже спускались в долину реки Чита. Но японское командование, оттеснив части 2-й Иркутской стрелковой дивизии к ст. Ингода и выделив часть сил для их преследования, перебросило на автомашинах значительную группу своих войск на север. Эта группа совместно с белогвардейской конницей обрушилась 4 мая на правый фланг 2-й бригады 1-й Иркутской стрелковой дивизии. Не имея связи с соседом справа, 2-я бригада начала отходить на северо-запад. С ее отходом создалась угроза правому флангу продолжавшей наступать на Смоленское 1-й бригады.
Благодаря героической стойкости пулеметчиков 9-го полка маневр противника, стремившегося охватить фланг 1-й бригады, не удался. Но бригада вынуждена была прекратить наступление, так как резервов для парирования контрудара врага не было. Ввиду неблагоприятно сложившейся обстановки командованием Народно-революционной армии 5 мая был отдан приказ 1-й Иркутской стрелковой дивизии отойти за реку Конда, закрепиться там и привести в порядок части, имея главные силы в районе Старо-Читинского тракта и заслон на Витимском тракте.
Частям 2-й Иркутской дивизии было приказано разрушить путь в районе ст. Яблоновая, уничтожить мост через реку Хилок и отойти в район ст. Гонгота, выставив охранение по линии реки Хилок и заслон в сторону озера Иргень.
После того как войска вышли в указанные пункты, 11 мая они получили приказ перейти к упорной обороне, начав одновременно приведение себя в порядок после продолжительных тяжелых боев.
2-я Иркутская стрелковая дивизия должна была занять район ст. Могзон, обороняя передовыми частями позиции, оборудованные в 2—3 км западнее ст. Гонготы.
1-я Иркутская стрелковая дивизия получила задачу занять главными силами район Домно-Эравинская, Вершино-Удинская, Грязнуха, упорно обороняя позиции по левому берегу реки Конда. Отряду Жарцева, оставшемуся в подчинении командира 2-й Иркутской стрелковой дивизии, надлежало обороняться в районе Доронинского и вести разведку на Акшу и в верховьях реки Ингоды.
Основная причина неуспеха второго наступления Народно-революционной армии на Читу заключалась в том, что принятый командованием план был неточно выполнен командирами дивизий, не понявшими идею операции. Вместо одновременных массированных ударов по врагу с севера и юга наступление вылилось в ряд разрозненных, несогласованных между собой действий войск. Штаб армии, первейшей обязанностью которого являлось проверить подготовку и организацию наступления, не сделал этого, а командование армии своевременно не исправило допущенные ошибки.
Недооценка решающих направлений, неправильное распределение сил внутри ударных группировок и отсутствие взаимодействия между ними позволили противнику производить маневр по внутренним операционным направлениям. Слабой стороной действий войск Народно-революционной армии являлось также неумение обеспечивать фланги и создавать резервы. Штаб армии был оторван от войск. Он находился в Верхнеудинске, в удалении от фронта более чем на 400 км. Штабы дивизий располагались от войск на расстоянии 70—80 км.
Отсутствие радиосвязи, несовершенство имевшихся других средств связи при таком удалении штабов неизбежно приводило к опаздыванию информации об обстановке. Метод управления, основанный только на директивах и приказах, мало отвечал маневренному характеру боевых действий.
Все эти недостатки являлись «болезнями роста» молодой Народно-революционной армии. В ходе ожесточенных боев с интервентами эта армия благодаря героизму и творческой инициативе широких масс бойцов и командиров успешно преодолевала эти недостатки и, несмотря на неудачи, превращалась в грозную силу для врагов.

продолжение книги...