Демьян Бедный


вернуться в оглавление книги...

А.А.Волков. "Русская литература ХХ века. Дооктябрьский период."
Издательство "Просвещение", Москва, 1964 г.
OCR Biografia.Ru

продолжение книги...

ДЕМЬЯН БЕДНЫЙ (1883-1945)

Демьян Бедный вошел в историю пролетарской поэзии как выдающийся мастер слова, почти сорок лет с честью служивший своему народу. В поэзии Д. Бедного ярко запечатлена борьба русского рабочего класса, возглавившего народные массы на штурм старого мира и построение свободного общества.
Необычайная ясность и доходчивость, полнейшая слитность с интересами народа, невиданная ранее в поэзии, отличает стихи этого выдающегося поэта. Высокую оценку творчества Д. Бедного дал в своих выступлениях Н. С. Хрущев (1).
Ефим Алексеевич Придворов родился в деревне Губовка бывшей Херсонской губернии в 1883 году в семье бедного крестьянина. Это было время, когда быстрыми темпами происходило расслоение и обнищание деревни, когда с проникновением в деревню капиталистических отношений, укреплением в ней кулачества усиливался массовый уход беднейшего крестьянства на заработки. В числе этих крестьян, колесивших по России в поисках куска хлеба, был и отец Ефима. Обосновавшись кое-как в Елизаветграде, Алексей Придворов взял к себе мальчика, но и здесь, в городе, отец и сын жили впроголодь.
В возрасте семи лет Ефим Придворов вновь попадает в Губовку; последующая, до 13-летнего возраста, жизнь в деревне запечатлелась в его памяти как непрерывный кошмар. Голод, холод и побои невежественной матери, озлобленной и измученной непосильным трудом,— вот из чего слагались детские годы Ефима. Единственным светлым воспоминанием этих безотрадных лет был дед Софрон, о житейской мудрости, большой душевной чистоте и доброте которого Д. Бедный рассказал в ряде своих стихотворений.
После окончания сельской школы в жизни Ефима Придворова произошел решительный перелом. Отец решает определить его в Киевскую военно-фельдшерскую школу. Разлука с семьей, которая для детей всегда является большим горем, для Ефима была освобождением и радостью. Не удивительно поэтому, что он с жаром принимается за учение.
Любознательный и способный от природы мальчик не только успешно учится, но и с огром-
--------------------
1. Н. С. Хрущев, Высокое призвание литературы и искусства, изд. «Правда», 1963, стр. 163, 171—172.
--------------------
ным интересом читает русских классиков, сам пробует писать стихи. Крылов, Грибоедов, Пушкин, Лермонтов, Некрасов становятся его любимыми писателями.
По окончании военно-фельдшерской школы Е. Придворов попадает на военную службу. В течение нескольких лет он тянет военную лямку, и в нем все сильнее становится стремление вырваться на волю из затхлой атмосферы царской военщины. Это стремление побуждает его взяться за книги. Успешно выдержав экстерном экзамен за восемь классов, Е. Придворов получает аттестат зрелости, открывающий ему путь в высшее учебное заведение.
Долго вынашиваемая мечта наконец сбылась: сын бедного крестьянина принят в Петербургский университет. Эта знаменательная дата в жизни Е. Придворова совпала с подъемом революционного движения в самый канун первой русской революции. Последующие события — волнения среди студенчества, стачки, забастовки, бои на баррикадах — оказали значительное влияние на развитие взглядов Е. Придворова. «После четырех лет новой жизни, новых встреч и новых впечатлений,— утверждал он впоследствии,— после ошеломительной для меня революции 1905—1906 годов и еще более ошеломительной реакции последующих лет я растерял все, на чем зиждилось мое обывательски-благонамеренное настроение».
Это признание Бедного дает достаточно ясный ответ на вопрос, почему он не сразу стал активным участником революционного движения. Нельзя забывать, что мировоззрение будущего поэта в эти годы было мировоззрением бедняка-крестьянина, с величайшим трудом выбившегося в «люди». О пролетариате и его роли в освободительной борьбе народа у Е. Придворова в то время было весьма смутное представление; отсюда — «ошеломительное» впечатление от первой русской революции. Вместе с тем положение, которое путем тяжелых усилий завоевал сын бедного крестьянина, неизбежно должно было породить «обывательски-благонамеренное настроение».
Однако эта «благонамеренность» очень скоро затрещала по всем швам и окончательно развалилась под ударами реакции. Честному по натуре юноше, испытавшему на самом себе тяжелую крестьянскую долю, нетрудно было разобраться в том, на чьей стороне правда и справедливость. Разнузданный разгул реакции 1907—1910 годов не только заставил призадуматься Е. Придворова, но решительно и бесповоротно определил его позиции, побудил встать на сторону порабощенного народа и отказаться от мещанского благополучия. В нем неудержимо растет желание протестовать против военно-полевых судов, расстрелов, провокаций, темной власти реакции. В 1909 году студент Е. Придворов публикует стихотворения, протестующие против смертных казней, в народническом журнале «Русское богатство», в котором сотрудничал известный в то время поэт П. Ф. Якубович-Мельшин.
На первых порах в поэзии Е. Придворова не было еще призыва к борьбе, в ней главенствуют два основных мотива: в меру возможностей, оставляемых цензурой, критика полицейского режима и скорбь о тяжкой судьбе русского крестьянства. Естественно, что эти ранние стихи не могли быть вполне самостоятельными, и в них сильно влияние поздней народнической лирики.
Тем не менее самый выбор пути свидетельствовал о прочной демократической основе взглядов Е. Придворова, а это было особенно важно в годы распада и широкого ренегатства в среде русской интеллигенции. В позорное для русской интеллигенции десятилетие и особенно в годы столыпинской реакции, когда ряды реакционной, охранительной литературы пополнили перебежчики из лагеря демократической литературы, когда «мародерство в литературе» (слова В. Воровского) после поражения первой русской революции достигло предельного цинизма, когда «теоретический» орган символистов «Весы», а вслед за ним «энциклопедия ренегатства» «Вехи» провозгласили освобождение интеллигенции от общественного долга,— в эти годы надо было обладать большим мужеством и крепкой закалкой, чтобы безраздельно отдать свой талант революционной борьбе народа. Вначале Е. Придворов не мог еще обрести близкую ему по духу поэтическую среду и оказался в положении поэта-одиночки, искавшего свою трибуну и свою аудиторию в журнале «Русское богатство», являвшемся рупором либерального народничества. Этот журнал не мог долго оставаться подходящей трибуной для подлинно гражданской поэзии, призывавшей к борьбе. А в поэзии Е. Придворова все явственнее чувствовался переход от мотивов скорби о судьбе крестьянина к назревавшему в деревне протесту. В свою очередь для «Русского богатства» были неприемлемы стихи молодого поэта, в которых говорилось о разорении крестьян, о холоде и голоде, но уже стихотворение «О Демьяне Бедном, мужике вредном» с его призывом «Аль не стерпеть, отважиться...» редакция отказалась поместить на страницах журнала.
Основным жанром раннего творчества Бедного была лирика: в стихах 1908—1910 годов мы видим на первом плане личность самого поэта, его переживания. Однако в этих переживаниях меньше всего личного, индивидуалистического. Стихи поэта резко выделялись на фоне тогдашней поэзии декадентов. В них мы видим отклик на события общественно-политической жизни: они выражают протест против реакции, против царских палачей, беспощадно расправляющихся с революционерами. Поэт выражает свой гнев, создавая стихи резко обличительного характера. В стихотворении 1909 года «С тревогой жуткою» поэт раскрывается прежде всего с общественной стороны, его личная боль вызвана трагедией эпохи реакции, которая определяет и эмоциональный строй стиха.
С тревогой жуткою привык встречать я день
Под гнетом черного кошмара.
Я знаю: принесет мне утро бюллетень
О тех, над кем свершалась кара.
О тех, кому была безжалостна судьба,
Чей рано пробил час урочный,
Кто дар последний взял от жизни — два столба,
Вверху скрепленных плахой прочной.

Протест поэта против царских сатрапов, учинявших зверские расправы над борцами за свободу, выражается в стихотворении «Сынок», где трагические события времени представлены в восприятии ребенка. Поэт в этом стихотворении не ограничивается простым осуждением палачей; он верит в то, что наступит время, когда его сын «в порыве пламенном и смелом» «затрубит в призывный рог»:
И грозно грянет клич ответный,
Клич боевой со всех сторон!
И соберется полк несметный
Богатырей таких, как он!

Мотив активного протеста звучит в целом ряде стихотворений Придворова этих лет. В стихотворении «Письмо из деревни» он рисует мрачную картину разоренной деревни, крестьян, прозябающих в нищете. И здесь наряду с обычными сельскими бедами показана типичная для того времени семейная и духовная драма.
К Арине тож пришла беда, к старухе древней:
В губернии, в тюрьме, повешен внук.
Душевный парень был, охочий до наук,—
Книжонку сам прочтет, нам после растолкует.

Поэт не только близко к сердцу принимает горе и страдания дорогих ему земляков, приславших письмо из деревни, но он и себя представляет читателю мужицким ходатаем, «природным мужиком», переживающим радость при получении доплатного письма от родных. Эта черта, присущая поэзии Придворова в те годы — ощущение себя крестьянским заступником,— сближает его с некрасовской традицией, и не случайно, что уже в одном из названных нами ранних стихотворений — «О Демьяне Бедном, мужике вредном» — появляется деревня с некрасовским названием Неелово, в которую проникают искры протеста против рабской доли. В стихотворении «Праздник» крестьяне показаны не как безропотные страдальцы, а как соединенный общим чувством коллектив, возмущенный царской расправой над сыном деда Емели, посаженным в тюрьму, и протестующий против произвола властей.
Е. Придворов все более определяется как выразитель идей и настроений трудового крестьянства, испытавшего на себе тяжелый гнет эксплуататоров; он на стороне тех, кто протестует против деспотизма, тех, кто мужественно отдает себя беззаветной борьбе за народное дело. В стихах поэта широко используется народный крестьянский язык, они характеризуются простотой речи, доступной крестьянскому читателю. Так называемая «корявость» его поэтической речи, о которой он сам многократно писал в своих поэтических декларациях (например, в стихотворении «Мой стих»), также сближала его с некрасовской традицией и даже с некрасовской самооценкой своего поэтического языка:
Нет в тебе поэзии свободной,
Мой суровый неуклюжий стих.

В стихотворении «Мой стих» (1917) Д. Бедный, как бы развивая этот некрасовский взгляд на собственное творчество, писал:
И стих мой... блеску нет в его простом наряде.
Не на сверкающей эстраде
Пред «чистой публикой», восторженно-немой,
И не под скрипок стон чарующе напевный
Я возвышаю голос мой —
Глухой, надтреснутый, насмешливый и гневный.

Эти строки из поэтической декларации Бедного по существу дают ключ к пониманию смысла стихов и поэтики Е. Придворова, продолжающих традицию поэта революционной демократии.
Обличительный пафос стихов этих лет требовал ораторских интонаций, которые обильно используются Бедным. Конкретный предметный план как бы сопутствует плану отвлеченно-патетическому; в их сочетании и состоит своеобразие поэтики Придворова. Так, в стихотворении «Сынок» вначале дается предметная «зрительная» картина, в нее включается образ малыша, читающего по складам строки из газет,— драматизм прочитанного как бы вводится в условно-бытовую рамку. Но вот поэт переходит от повествования в условно-бытовом плане к ораторско-возвышенной речи, в которой дается прямая оценка событий:
И каждый день нам весть приносит,
И каждый день дает отчет!
Все Смерть нещадно жатву косит!
Все кровь течет!.. Все кровь течет!..

Таким образом, в сочетании конкретных впечатлений с выводом, звучащим как боевой призыв, как приговор, раскрывается идея стихотворения. Сочетание двух планов — отвлеченно-призывного и предметного — характеризует поэзию Е. Придворова этих лет в целом.
Но в некоторых стихотворениях предметность отсутствует. Так, в стихотворении «Не примирился,— нет!» отвлеченный мотив определяет и поэтический строй, и систему изобразительных средств. Поэт использует метафоры, назначение которых состоит не в конкретизации понятия, а, наоборот, в придании ему обобщающего смысла: «кровавая жатва», «клубятся в черной мгле, шипя победно, гады» и др.. Эпитеты, которые поэт использует весьма обильно, вызываются стремлением не украсить поэтическую речь, а придать ей агитационный характер: «гнусная рабская доля», «позорный гнег», «грозный бич», «злобный враг» и т. д.
Аналогичный изобразительный строй мы видим в стихотворении «Не стало пламенных бойцов», где встречаем такие строки: «куется новое звено», «прошумит призывный клич борьбы», «горели не для них священные огни» и пр. Стихи поэта, выражающие боевые призывы и гнев против реакционной политики царизма, выдержаны в ораторских интонациях, где нет места украшательству и где сравнение, метафора и эпитет придают теме большую масштабность. Таков, например, в стихотворении «Бывает час» образ поля, усеянного маками:
Как поле, рдеющее маками,
Как в блеске утреннем река,
Сверкает огненными знаками
Моя неровная строка.

Ту же функцию выполняет и «грозный бич», карающий врага:
Звенит ее напев рыдающий,
Гремит призывно-гневный клич.
И беспощаден взмах карающий
Руки, поднявшей грозный бич.

В стихах Бедного все ощутимее сказывается влияние некрасовской гражданской поэзии, в некрасовском духе он решает и вопрос о назначении поэта. В раннем стихотворении «Чудных три песни» поэт говорит о песне борьбы, предвещающей конец лихолетью.
Дрогнет суровый палач мой, песню услышавши третью,
Ветер споет ее буйный в порыве могучем и смелом
Над коченеющим в петле моим опозоренным телом.
Песни я той не услышу, зарытый во рву до рассвета.
Каждый найти ее может в пламенной книге поэта!

Весьма знаменательно, что в этой «третьей» песне поэт осмысливает себя как гражданина, а свое слово не отделяет от слов и действий тех, кто стал невинной жертвой кровавых расправ.
Таким образом, в лучших стихах ранних лет Е. Придворов выступает продолжателем революционно-демократических традиций. Вместе с тем в стихах этого времени ощущаются и слабые стороны, обусловленные тем, что поэт еще не находит точки опоры в борьбе с ненавистной твердыней. Отсюда — сознание своего бессилия, которое сквозит как лейтмотив в ряде ранних стихов. Стихотворение «Не примирился,— нет!» заканчивается такими строками:
И я молчу. Молчу.
Запел бы — не поется!
Заплакал бы — но слезы не текут.

Настроения слабости и бессилия пронизывают и стихотворение «Бывает час». Заканчивая его, поэт восклицает:
И, убедясь...
Что мой напев — напев заученный,
Что слово новое — старо,
Я — обессиленный, измученный —
Бросаю в бешенстве перо!

В стихотворении «Молчи» в заключение дан образ «кого-то», сжавшего горло поэту и обрекшего его на молчание. Эти настроения безысходности свидетельствовали о том, что поэт, еще не нашедший в лице пролетариата своего надежного союзника и руководителя, выражал слабые стороны, присущие крестьянской демократии, которая, будучи лишенной надежного руководства, не имела ясной перспективы борьбы.
Когда мы осмысливаем в целом ранний период творчества Бедного, охватывающий годы до его участия в большевистской печати, то неизбежно приходится сделать вывод о наличии в нем многих черт, свойственных поэтам бездорожья. Однако в его стихах всегда брали верх здоровые настроения протеста и стремление к активной борьбе, которые привели его в лагерь революционных борцов. Тесное сближение с большевистской печатью, а через нее и с партией обусловило коренной поворот в творчестве поэта. Это сближение с большевиками вызвало превращение писателя крестьянской демократии Е. Придворова в писателя революционного пролетариата Демьяна Бедного. На страницах печати, в практике борьбы поэт обрел революционную перспективу, неиссякаемый источник вдохновения.
Освободительная борьба народа и возглавлявшая эту борьбу большевистская партия вскоре создали условия для расцвета пролетарской поэзии и ее активного участия в революционном движении. Оценивая возможности пролетарской поэзии, М. Горький в статье «О писателях-самоучках», опубликованной в феврале 1911 года, особо подчеркивал жизненную силу и идейность пролетарской поэзии, ее здоровый оптимизм и бодрый, боевой дух. Все это особенно сказалось с появлением «Звезды», а затем «Правды».
Вспоминая о начале сотрудничества Е. Придворова в «Звезде», правдист М. С. Ольминский писал: «Демьян Бедный не был новичком в печати. Его стихотворения за подписью Е. Придворов появлялись в народнических и кадетских изданиях. Он не был марксистом, но внутренне тяготел к наиболее левым течениям. И когда стала выходить «Звезда» чисто большевистского характера, он почувствовал к ней особую симпатию; сначала стали получаться по почте его стихи, а затем явился и сам автор. Вскоре он начал посещать ночную редакцию (в типографии) чуть ли не ежедневно. Здесь, в дружеских беседах, среди ночной газетной сутолоки, проявилась в Е. Придворове потребность в боевых литературных выступлениях и родился на свет баснописец Демьян Бедный. Его очень быстро стал высоко ценить товарищ Ленин, тогда как многие другие товарищи долго еще косились на пришельца».
Даты возникновения первой легальной большевистской газеты «Звезда» и рождения крупного пролетарского поэта Демьяна Бедного почти совпадают. Именно в «Звезде» он почувствовал себя в родной атмосфере; здесь он ощутил ту связь с народными массами и освободительной борьбой, которая зажгла факел его революционной поэзии, здесь его инстинктивное стремление к свободе и справедливости начинало обретать прочную основу марксистского мировоззрения.
В первом стихотворении, опубликованном в «Звезде» и озаглавленном «Сонет», выражается жажда гордого подвига и уверенность в победе. Стихотворение звучало как призыв к накапливанию сил в будущей борьбе. Оно заканчивается следующими строками:
Как вешний гром, торжественный и гневный,
В возмездья час, в час роковой борьбы,
Над родиной, истерзанной и бедной,
Раскатится набата голос медный.

Басня «Шпага и топор» является знаменательным этапом в поэзии Бедного; ею начинается революционно-басенная линия, долгое время — важнейшая и главенствующая в его творчестве. Ранее глухие призывы к борьбе в «Шпаге и топоре» раздаются отчетливо и ясно. Именно эта мысль о необходимости борьбы отныне руководила поэтом, когда он наносил удары по врагам рабочего класса и различным прихвостням буржуазии.
Однако о рождении революционного сатирика и баснописца читателям «Звезды» стало известно с появлением в газете второй басни Бедного «Кукушка», так как басня «Шпага и топор», прямо призывавшая народ к вооруженному восстанию, не могла быть напечатана в силу цензурных условий.
«Кукушка» была подписана псевдонимом «Демьян Бедный», взятым из стихотворения «О Демьяне Бедном, мужике вредном». Пролетарский сатирик Бедный действительно оказался «вредным» для царских палачей и всякого рода прислужников буржуазии. Первый же удар его сатирического бича без промаха настиг лидера кадетов Родичева, который пытался вести родословную своей партии от великих революционных демократов — Герцена и даже Чернышевского, тем самым оскверняя дорогие русскому народу имена.
Необычайны тематическое разнообразие басен Д. Бедного, их меткость и актуальность; неистощимы его методы включения в легальную большевистскую печать острой политической сатиры. Аллегорическая форма басен, «эзопов» язык не всегда могли спасти их от цензуры, а номер газеты — от конфискации; тогда Бедный прибегал к дезориентирующим эпиграфам, отвлекавшим внимание цензора от подлинной целенаправленности басни.
Благодаря руководству «Звезды», а затем «Правды» пролетарская поэзия, и в частности творчество Демьяна Бедного, оказались нераздельно связанными с актуальными и конкретными вопросами классовой борьбы. Его стихи и басни, напечатанные в «Правде», поражают исключительной тематической широтой, редкой оперативностью и острой политической целеустремленностью. По произведениям Бедного можно составить себе ясное представление о важнейших задачах партии большевиков, о ее идейных противниках, о действиях царских сатрапов.
В баснях «Кашевары», «Ерши и вьюны», «Темный фонарь» пролетарский поэт беспощадно разоблачал ликвидаторов. В басне «Лапоть и сапог» прозвучала едкая ирония над столыпинской земельной «реформой», окончательно разорившей и без того нищую деревню. Горячим и справедливым гневом была проникнута басня «Суд», в которой поэт протестовал против подлой расправы над рабочими Обуховского завода. Метко и ярко характеризовал Д. Бедный представителей декадентского искусства, ответив на гаденький пасквиль Сологуба о Горьком басней «Шарик».
По мере того как растет и ширится мощный прибой пролетарской волны, вместе с подъемом забастовочного и стачечного движения все выше становится и революционный пафос стихов Бедного. В одном из последних номеров «Звезды», откликаясь на Ленский расстрел, он прямо призывает к возмездию:
А солнце вешнее блестит!
И бог злодейства не осудит!
— О братья! Проклят, проклят будет,
Кто этот страшный день забудет,
Кто эту кровь врагу простит!

В накаленной атмосфере классовой борьбы начинает выходить «Правда». Вполне естественно, что в этот период важнейшая задача большевистской газеты — организация и руководство борьбой рабочего класса — требовала особого внимания и напряжения сил. Здесь пролетарский поэт Д. Бедный, ставший в 1912 году членом большевистской партии, был на линии огня. Не было такого общественного события, на которое бы он не откликнулся. Уже в первом номере газеты напечатаны его стихи, выражающие веру в силу пролетариата и в конечную победу:
Полна страданий наших чаша,
Слились в одно и кровь и пот.
Но не угасла сила наша:
Она растет, она растет!
...........
Пускай шипит слепая злоба,
Пускай грозит коварный враг,
Друзья, мы станем все до гроба
За правду — наш победный стяг!

Как и в «Звезде», Д. Бедный занимает ведущее место в поэтическом отделе «Правды», в котором сотрудничают пролетарские поэты: А. Маширов-Самобытник, И. Логинов, Д. Одинцов, К. Юдин, И. Филиппченко, А. Поморский и другие. Он отвечает стихами на конфискацию первых двух номеров «Правды», призывает рабочих в басне «Муравьи» помочь своей газете, находящейся в тяжелом материальном положении. Прикрываясь невинным эпиграфом, он в басне «Дом» обнажает гнилость самодержавного государства. В баснях «Хозяин», «Благотворитель» и других он показывает два противостоящих друг другу лагеря: капиталистов и рабочих. Эти басни были одной из причин конфискации номеров «Рабочей правды». Определяя идейную направленность басни «Хозяин», цензор писал: «В этой статье изображаются отношения хозяев и рабочих, причем отношения эти представляются в высшей степени враждебными: хозяева представляются грубыми и жестокими эксплуататорами, а рабочие — жертвами хозяйской эксплуатации. Ввиду того что такого рода изображения возбуждают в среде рабочих чувства непримиримой ненависти и вражды по отношению к хозяевам, усматриваются в содержании названной статьи признаки преступных деяний, караемых по п. 6 cт. 129 Уголовного уложения» (1).
Что касается воздействия басен Д. Бедного на рабочих, то цензор не ошибался. Его басни действительно рождали чувства ненависти, гнева, пробуждали стремление к сопротивлению и борьбе. Пролетарский баснописец становился бельмом на глазу у охранителей устоев. В 1913 году его даже арестовали, но вынуждены были отпустить за недостатком улик. А Демьян Бедный по-прежнему с неистощимой изобретательностью обходит рогатки цензуры и расширяет круг своих читателей. С этой целью он печатает свои произведения в журналах «Современный мир», «Просвещение», «Металлист», «Текстильный рабочий», «Вестник приказчика», в харьковской газете «Утро» и в других изданиях.
В том же 1913 году выходит первый сборник басен Демьяна Бедного. Внимательно следивший за творчеством поэта В. И. Ленин по поводу выхода «Басен» спрашивает в письме
------------------
1. ЦГИАЛ, дело Главного управления по делам печати об издании газеты «Рабочая правда», 1912, № 497, л. 93.
---------------------
М. Горького: «Видали ли «Басни» Демьяна Бедного? Вышлю, если не видали. А если видали, черкните, как находите» (1).
Басня, этот древнейший жанр эпической поэзии, привлек внимание Д. Бедного не случайно. Насущные задачи революционного движения требовали борьбы с врагами освободительного движения. Известно, что В. И. Ленин придавал огромное значение сатире.
В письме в редакцию «Правды» В. И. Ленин рекомендовал «от времени до времени вспоминать, цитировать и растолковывать в «Правде» Щедрина и других писателей» старой народнической демократии. В письме к Горькому Ленин выражал пожелание, «чтобы с.-д. большевики не только нападали по частям на всяких оболтусов, а завоевывали все и вся...» (2)
Весьма знаменательно, что в эти годы Горький, отвечая на насущные потребности революционного движения, пишет сатирические русские сказки, в которых беспощадно обличает «оболтусов» — многоликих врагов пролетариата. Горький поставил на службу задачам революции жанр сатиры, прекрасно использовав аллегорию, для того чтобы замаскировать актуальную политическую идею.
Подобно Горькому, Д. Бедный осознает незаменимую ценность аллегории, которая давала возможность обойти рогатки цензуры и донести острую политическую идею до читателя во внешне невинном обличий; и он обращается к басне как самой доходчивой форме аллегории.
Под пером Бедного жанр басни обогащается, приобретает новый вид. Традиционные компоненты басни поэт переосмысливает в свете новых конкретных задач революционного движения. Бедный вводит в нее злободневный политический и исторический материал и конкретизирует его в традиционных образах. В силу этого басня получает новое, революционное наполнение, приобретает целый ряд новых черт и качеств. Знаменитая «концовка» басни, заключающая в себе обычно общую житейскую мораль, у Бедного приобретает иное конкретно-историческое содержание. Так, например, в басне «Благотворитель» идет речь о заносчивом барине, выгнавшем бедняка за то, что он предстал перед ним в калошах. Басня заканчивается так:
Наказан был бедняк примерно.
Калош не снял он — верно!
Да как их снять, когда под ними нет сапог?!

В другой басне — «Притон» — концовка дает конкретные пояснения к описанию скитаний мужика в поисках справедливости:
Святая истина была в словах толпы:
Ведь в Думе кто сидел? Помещики, попы.
А с мужиком у них была какая спайка?
Крест да нагайка!

Как видим, в этих концовках отсутствуют отвлеченные моральные сентенции, указываются конкретные носители зла. В искусстве создания басни Бедный опирается на замечательного классика басенного жанра И. А. Крылова, раскрывшего огромные возможности этого жанра, придавшего басне гибкость, тематическое разнообразие, социальную значительность.
-------------------------
1. В. И. Ленин, Сочинения, т. 35, стр. 66.
2. В. И. Ленин, Сочинения, т. 34, стр. 331.
------------------------
Бедный унаследовал традиции Крылова, наполнившего этот род поэзии народной мудростью, поговорками и пословицами. От Крылова он унаследовал глубоко народный, сочный, динамичный и гибкий язык басен. Бедный с его природным юмором и сатирическим темпераментом борца нашел в басне свое подлинное призвание. Острая наблюдательность, чувство деталей, афористичность речи, полемичность повествования — все это находит свое выражение в басне Бедного, раскрывающей многообразную картину жизни. Жанр басни включает в себя различные формы живого, разговорного языка, окрашенного народным колоритом. Работа в этом жанре развивает искусство построения острого сюжета, динамичного повествования. Здесь перед поэтом открывается возможность для проявления своего природного остроумия, мастерства каламбура.
Лучшим басням Бедного присущ динамизм действия. Он освободил басню от внесюжетных элементов, от лирических отступлений и живописного украшательства. Поэт довел до совершенства технику диалога, использовал формы и обороты живой крестьянской речи с присущим ей юмором. Крестьянские образы — излюбленные персонажи басен Бедного. Здесь он превосходно использовал свое знание крестьянского быта и богатства народной речи.
Так, в басне «Народник» бедняк Фока в беседе с помещиком, мечтающим быть избранным в Думу, превосходно обличает лицемерие помещика словами: «Землица... что же?.. Землица... не вредит... Иным — в излишестве... У нас — ой-ой как мало». В басне «Хозяин и батрак» батрак Фома выражает всю свою ненависть к хозяину в следующих глубоко народных словах:
Людоед!
Чай, вдосталь ты с меня повыжал соку,
Так будет! Больше мне невмочь
Работать на тебя и день и ночь
Без сроку.
Пусть нет в тебе на грош перед людьми стыда,
Так побоялся б ты хоть бога.
Смотри! — ведь праздник у порога,
А у тебя я праздновал когда?
Ты так с работой навалился,
Что впору б дух лишь перевесть.
За недосугом я, почесть,
Год в церковь не ходил и богу не молился!

Как видим, поэт хорошо передает живой крестьяский говор с его лексическими и грамматическими особенностями. Однако поэт внимательно обрабатывает живую народную речь, не злоупотребляя диалектизмами, соблюдая в использовании их чувство меры; включаемые в басню диалектизмы он ставит в такой контекст поэтической речи, который делает их легко доступными для восприятия читателем.
Обороты крестьянской речи с ее особенностями мы встречаем и в диалоге аллегорических персонажей из мира животных. В этом случае сочный народный колорит придается языку тех персонажей, которые выражают положительную направленность басни.
Нередко через диалог происходит идейное и психологическое самоопределение действующих лиц, которое дается в самом начале басни. Так, например, в басне «Гуманность» мы оцениваем персонажей по первым же их словам:
— Барбос! — Трезор!
— Ты что же смотришь истуканом?
— Собачник, вижу я, бежит сюда с арканом!
— Шмыгнем-ка под забор!

В баснях Бедного превосходно обыгрывается деталь, жест, интонации. Все эти компоненты способствуют лаконичной характеристике персонажей. Нередко первое впечатление читателя корректируется автором в концовке, которая придает повествованию нужное направление. Д. Бедный превосходно использовал прием неожиданных концовок, в которых дается или ироническое осмысление изображенной картины, или выступает сентенция, прямо противоположная ранее сказанному, или же дается уподобление несходных событий и персонажей.
Все эти приемы служили главной задаче баснописца — обличать всевозможных врагов и «оболтусов», пробуждать классовое самосознание читателей из рабочих и крестьян, вызывать возмущение несправедливостью власти и призывать к сплочению тружеников.
Басня хорошо способствовала выполнению этой задачи. Так, например, призыв к подпольной деятельности, невозможный в прямых выражениях, прекрасно укладывался в аллегорические строчки басни «Рыболовы». В противовес Волку и Лисе, уговаривающим Карася поддаться на их приманку, дается совет Карасю:
Карасик! Что тебе лукавый «рыболов»?!
Не слушая его коварно-льстивых слов,
Себе, а не врагу в угоду
Нырни поглубже в воду!

Призыв к рабочим объединиться в общей борьбе сквозит в баснях «Щука и ерши», «Муравьи». Совершенно естественно, что аллегория в данном случае выполняет очень важную роль: она делает призыв понятным и доходчивым для читателей революционной газеты.
В баснях Бедного мы видим тематическое многообразие, отклик на самые различные события тех лет. Можно смело сказать, что не было более или менее значительных врагов рабочего класса, будь то партии или отдельные политические деятели, которые бы не попали в диапазон басенного сарказма Бедного.
От него крепко досталось кадетам, пытавшимся сеять конституционные иллюзии в массах, ликвидаторам, пытавшимся разоружить рабочее движение, сторонникам «твердой» политики по отношению к деятелям освободительного движения, многочисленным держимордам, лицемерам, лжецам, пытавшимся обмануть массы, увлечь их на путь примирения с царизмом. Весьма знаменательно, что В. И. Ленин положительно оценил общественное значение басен Демьяна Бедного.
Ленин систематически следит за творчеством Бедного. В письме в редакцию «Правды» он стремится оградить поэта от незаслуженной критики, подчеркивая прежде всего сильные стороны его таланта. «Насчет Демьяна Бедного,— писал В. И. Ленин,— продолжаю быть за. Не придирайтесь, друзья, к человеческим слабостям! Талант — редкость. Надо его систематически и осторожно поддерживать. Грех будет на вашей душе, большой грех... перед рабочей демократией, если вы талантливого сотрудника не притянете, не поможете ему!..» (1)
И форма и содержание, органически слитые в басне Бедного, развивались в том же направлении, что и вся пролетарская литература. В своих эстетических исканиях поэт руководствовался принципами и установками большевистской партии — учитывать запросы нового читателя, искавшего в литературе ответа на наиболее жгучие и насущные вопросы современности. Пролетарские поэты должны были поэтому стремиться к созданию точного, ясного, понятного народным массам языка.
Общедоступность и общепонятность языка Бедного, сознательно и обдуманно «снижавшего» свою поэтическую речь, ничего общего не имела с упрощенчеством, а была результатом большой и вдумчивой работы. Бедный стремился к максимальной выразительности и индивидуализации речи своих персонажей, к подысканию слова, наиболее точно передающего тот или иной оттенок мысли, к лаконичной простоте и выразительности образов. Все это способствовало выработке колоритного, сочного и меткого языка.
Эта отточенность языка была тем более необходима Бедному, что основной вывод басни, ее сатирическое жало приходилось скрывать за аллегорической формой, прибегать нередко к метафоре и афоризму. Чтобы ввести в заблуждение цензуру, поэт
---------------------
1. В. И. Ленин, Сочинения, т. 35, стр. 68.
-------------------------
зачастую переносил центр тяжести басни с ее конца в середину, ломая тем самым установившиеся традиции.
Разнообразие приемов, к которым приходилось обращаться, обогащало стиль писателя, создавало его своеобразие. Введение в басню фольклора, использование созвучий греческих и латинских имен с русскими, акцентировка той части басни, которая в какой-то мере перекликалась с современностью,— все это создавало неповторимые особенности стиля басни Бедного.
Цензура была, конечно, только одним из факторов, косвенно определявших форму басен Бедного. Решающее же воздействие на форму его поэзии оказывало то содержание, которое поэт должен был в нее вложить. Наряду с социально заостренной критикой буржуазной действительности на первый план выдвигалось утверждающее начало, вырисовывалась революционная перспектива: главным героем выступал рабочий класс. Поэтому революционная поэзия резко отличалась и от упадочного нытья символистов в годы столыпинской реакции, и от последующего шовинистического угара оруженосцев капитализма в годы первой мировой войны.
Несмотря на преследования и репрессии, поэзия Бедного все более проникалась сознанием неотвратимой и скорой гибели самодержавия, рождавшим оптимизм, горячую веру в преображение жизни.
Неумолимая критика всего старого, сочетающаяся с призывами к борьбе за светлое будущее, реализм воспроизведения жизни русского общества и революционных процессов, в нем происходящих, реализм, основанный на знании особенностей исторического прошлого,— таковы были новые элементы революционной поэзии Д. Бедного, позволяющие говорить о ней как о поэзии, воплощающей принципы социалистического реализма.
Став в 1912 году членом большевистской партии, пройдя с «Правдой» славный путь, Д. Бедный во всеоружии встретил события 1914—1917 годов. В этот период времени большевистская партия была вынуждена уйти еще глубже в подполье, чтобы подготовиться к решительной схватке с самодержавием. Но в предшествующие войне годы партией была проделана огромная работа. Волнения, забастовки и стачки к началу мировой войны достигли наивысшего напряжения; только за первое полугодие 1914 года бастовало 1 миллион 425 тысяч рабочих. Наряду со все повышающейся революционной сознательностью пролетариата важнейшее значение приобретал тот факт, что в предвоенные годы была выкована железная когорта рабочих-революционеров, значительно пополнились и ряды пролетарских писателей, в тяжелую пору войны приносивших народу слова правды.
Вместе с Горьким, Серафимовичем и Маяковским Д. Бедный выступал против шовинистов и бардов войны — Л. Андреева, Ф. Сологуба, Д. Мережковского и других. Возвратясь с Западного фронта, где он служил военным фельдшером, Бедный налаживает связи с деятелями большевистской партии, находившимися в подполье. Он пишет стихотворение «Баталисты», с едким сарказмом высмеивая апологетов войны:
На все наведена искусно позолота.
Идеи мирные, как шелуху отвеяв,
Бытописатели российского болота
Преобразилися в Тиртеев.
Победно-радостны, нахмурив грозно брови,
За сценкой боевой спешат состряпать сценку:
С еще дымящейся, горячей братской крови
Снимают пенку!

Разоблачение иезуитско-лицемерных писаний о якобы выявившейся общности интересов эксплуататоров и эксплуатируемых, монархии и народа было весьма важной и актуальной задачей. Бедный обличал не только откровенных реакционеров, но и всякого рода социал-предателей, руководствуясь в своих произведениях сначала выступлениями большевиков — депутатов в Думе, а впоследствии — решениями Циммервальдской и Кинтальской конференций.
Как и в годы сотрудничества в «Звезде» и «Правде», Бедный подчиняет свое творчество тактическим задачам партии, целеустремленно и активно пропагандируя политику большевиков, выдвигавших лозунг превращения империалистической войны в войну гражданскую.
В связи с тем что после Февральской революции одним из наиболее ярких проявлений пролетарского интернационализма на фронте было поддерживаемое большевиками братание, меньшевики и эсеры всячески пытались доказать, что в условиях войны братание не даст положительных результатов, и демагогически заявляли, что братание, мол, возможно только после окончания военных действий. В ответ на подобную казуистику поэт с едкой иронией восклицал:
Товарищ, сойдемся вдвоем
И во всем поквитаемся:
Сначала друг друга убьем,
А потом... побратаемся.

Чудеса изобретательности по-прежнему проявляет Бедный, чтобы обойти более чем когда-либо свирепую цензуру. Переводя басни Эзопа, он так их «препарирует», что они получают актуальное антивоенное звучание. Исключительной по своей идейной насыщенности, по контрастному противопоставлению интересов народа интересам капиталистов и помещиков, посылавших солдат на бойню, является солдатская песня «Приказано, да правды не сказано», позднее включенная в поэму «Про землю, про волю...» и опубликованная после Февральской революции:
Нам в бой идти приказано:
«За землю станьте честно!»
За землю! Чью? Не сказано.
Помещичью, известно!
Нам в бой идти приказано:
«Да здравствует свобода!»
Свобода! Чья? Не сказано.
А только — не народа.
Нам в бой идти приказано —
«Союзных ради наций».
А главного не сказано:
Чьих ради ассигнаций?
Кому война — заплатушки,
Кому — мильон прибытку.
Доколе ж нам, ребятушки,
Терпеть лихую пытку?

Недаром об этом стихотворении, в котором сатирически дискредитировались лозунги Временного правительства, в газете «Биржевые ведомости» писалось, что «в шестнадцати строчках этой песни содержится вся соль, весь яд той большевистской проповеди, которая разложила столько частей нашей армии».
До Февральской революции Бедному приходилось печатать свои произведения в различных легальных журналах, таких, например, как «Современный мир» и «Журнал для всех», а также в ряде провинциальных газет и специальных изданий; многие из его острых антивоенных стихотворений смогли увидеть свет значительно позднее. Наступили дни Февральской буржуазной революции и открыли перед поэтом новые возможности, поставили перед ним новые задачи.
После Февральской революции вновь начинает выходить «Правда», которой стольким был обязан поэт; в первом же ее номере 5(18) марта 1917 года была напечатана эпиграмма Бедного по поводу ареста царских министров.
В период решающей схватки сатира Бедного становится еще более острой, разнообразной, резко усиливается ее воинствующий, наступательный дух. Завоеваниям народа и родине угрожают многочисленные враги. Поэт сражается бок о бок с большевиками, и это удесятеряет его силы.
Первыми из врагов, с которыми предстояло сразиться Бедному, были социал-предатели и социал-соглашатели из буржуазного Временного правительства, которые, как указывал Ленин, «помогали русским капиталистам строить в России такую республику, чтобы это вышла собственно не республика, а монархия без монарха» (1).
Временное правительство Керенского продолжало по сути дела царскую политику. Оно призывало народ продолжать войну до победного конца, подхватив созданную во время войны легенду о единстве интересов всех классов и слоев русского общества, перед лицом «общей опасности» готовилось упразднить все завоевания народа.
-------------------
1. В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 24, стр. 499.
---------------------
Показав, что под приказом Временного правительства о продолжении войны до победного конца скрывалась защита интересов русской и западной буржуазии, Бедный, войдя в темп своей былой поэтической работы периода «Звезды» и «Правды», изо дня в день бичует и разоблачает социал-соглашателей. Один за другим следуют фельетоны в стихах, памфлеты, эпиграммы — «Петелька», «Народная примета», «Либердан», «Социал-Заики»,— которые наносят удар за ударом по прихвостням русской буржуазии: Милюкову, Керенскому, Чернову, Либеру, Дану и другим. Бедный показывает контрреволюционную сущность демагогических выступлений меньшевиков и эсеров.
В период между февралем и октябрем 1917 года особенно важно было показать народным массам пройденный ими путь, с тем чтобы мобилизовать все силы революции для борьбы с буржуазным Временным правительством. Воссоздать всю сложность этого пути в произведении малой формы было невозможно, и Д. Бедный пишет первую свою стихотворную повесть «Про землю, про волю, про рабочую долю».
По своей структуре эта вещь являлась подлинно новаторской, хотя в ней явственно ощущается влияние Некрасова, интонационные особенности его стиха. В повести органически синтезировались фольклорные формы и освоенные традиции Некрасова.
В поэме нашло себе место сочетание разнообразнейших приемов, ранее примененных Бедным. Со сказовым стихом и побывальщиной соседствует дробная и шумная частушка, за переосмысленной на новый социальный лад скорбной народной песней следует плясовая песня.
Так, в пестром хороводе вокруг единой темы сплетаются басни, эпиграммы, сказки, фельетон, народные плясовые и колыбельные песни, частушки, яркие образчики городского фольклора и т. п. Сама жизнь диктовала и содержание и форму произведения. Бедный очень четко определил эту особенность повести в запеве:
С правдой-истиной в ладу
Речь простую поведу.
Не за страх пишу — за совесть
Быль доподлинную, повесть,
Где нам в ровном ходе строк
Жизнь сама дает урок,
Где событие к событью
Жизнь пришила крепкой нитью,
Дав канву всему и связь.
«Ну, начнем, благословясь!»

Органичность формы, ее новаторство непосредственно вытекали из содержания повести. Показывая развитие событий с первых дней империалистической войны и до Октябрьской революции, создавая образ крестьянина, идущего в революцию, определяя интересы крестьянства и рабочего класса, разоблачая организаторов кровавой бойни и лакеев русской и мировой буржуазии, пропагандируя тактику и политику большевистской партии, Бедный использовал чуть ли не все поэтические возможности для образной и индивидуализированной передачи настроения, чувств, мыслей, стремлений различных слоев, классов русского общества в эпоху бурных потрясений и столкновений.
Даже краткий перечень коренных вопросов революционного движения, затронутых в повести, свидетельствует, что она должна была сыграть немалую роль в мобилизации рабочих и крестьян на борьбу за диктатуру пролетариата. Разоблачение подлинного смысла империалистической войны и самого империализма как последней стадии капитализма, показ предательской роли социал-соглашателей из Временного правительства и истинной сущности их «демократизма», призыв к крестьянству выступить в союзе с рабочим классом за свои права, за землю, срывание масок с примазавшихся к революции эсеров и меньшевиков — таково неполное перечисление актуальных и важнейших вопросов, рассматриваемых поэтом.
По своей внутренней структуре повесть двупланова. Наряду с широким размахом эпико-лирического повествования множатся, сливаясь во второй план, отдельные эпизоды жизни. Эти два плана переплетаются в повести, но не сливаются воедино. Объясняется это прежде всего тем, что в повести «Про землю...» критика отживающего выступала бок о бок с героикой революционной борьбы. Главным героем эпического плана являлся борющийся народ.
Первые главы повести, помимо основной темы, объединяет образ крестьянского юноши, попадающего на фронт и после долгих испытаний приходящего к правде жизни, открываемой ему большевистскими идеями. Ваня ранен на фронте и в разгар революционных событий попадает в Петроград. В последующих главах герой оказывается скорее свидетелем нарастающих политических событий, чем их активным участником.
Его образ постепенно как бы растворяется в дробном и стремительном чередовании эпизодов борьбы. Однако в образах передового рабочего Клима Козлова и деревенского парня Вани ярко показано, как велась большевистская агитация в окопах, как передовой пролетарий нес слова правды на фронт, вел за собой трудовое крестьянство, пополняющее собой ряды борцов.
Касаясь развития художественной манеры поэта, следует сказать, что в повести «Про землю...» наряду с острой политической сатирой начинают громко звучать мотивы революционной лирики. Лирическая взволнованность появляется в творчестве Бедного в напряженнейший период борьбы, когда он с особой силой начинает чувствовать свою ответственность перед народом, когда революционные события требуют от него мажорных тонов, ярких красок, воспевания героической борьбы народа.
Широкий эпический охват действительности в поэме не всегда сопутствует емкости изображения. В первой эпической вещи Бедного проявилась композиционная рыхлость как результат перегруженности материалом, а местами и вялость поэтического языка.
В стихотворении «Мой стих», явившемся не только полемическим ответом газете «Новая жизнь», лицемерно сетовавшей на «грубость» стиля поэта, но и его творческой декларацией, уже явственно ощущается проникновение лирической струи в творчество Бедного и разъясняется, почему гражданская, революционная лирика должна была расширить рамки его поэтики.
Наследья тяжкого неся проклятый груз,
Я не служитель муз:
Мой твердый, четкий стих — мой подвиг ежедневный,
Родной народ, страдалец трудовой,
Мне важен суд лишь твой,
Ты мне один судья прямой, нелицемерный,
Ты, чьих надежд и дум я — выразитель верный.
Ты, темных чьих углов я — «пес сторожевой»! —

восклицает поэт, отмежевываясь от «чистого искусства» и объявляя себя служителем и певцом народа.
Так жизнеутверждающее творчество Демьяна Бедного служило коренным интересам пролетарской революционной борьбы.
Творчество Бедного сыграло большую роль в идейной подготовке Октябрьской социалистической революции. А когда революция совершилась, он стал ее страстным певцом и летописцем, отразив в своих многочисленных стихах все важнейшие события героической эпохи и борьбы трудового народа за построение социалистического общества.

продолжение книги...