Последние годы жизни


вернуться в оглавление книги...

А. И. Демиденко. "Петр Лавров"
Издательство "Просвещение", Москва, 1969 г.
OCR Biografia.Ru

продолжение книги...

Последние годы жизни

Но тщетны мечты, бесполезны мольбы
Против строгих законов судьбы.


Систематический упорный труд, труд без выходных дней в течение десятилетий, труд-подвиг — вот что было целью и смыслом жизни Лаврова, неотъемлемой чертой его характера. Однако время постепенно расшатывало и ослабляло организм Петра Лавровича. Старость подкралась незаметно. «Слепые, бессмысленные процессы природы», как любил выражаться Петр Лаврович, делали свое дело.
В течение последних семи-восьми лет своей жизни, как и прежде, Лавров много работал. Он спешил закончить свой большой труд «Опыт истории мысли», над которым работал почти всю жизнь. В этом труде он изложил свое понимание развития мира. Однако работу закончить не удалось.
Здоровье Петра Лавровича из года в год ухудшалось. Приходилось все чаще обращаться к врачу. Обычно в ожидании врача Петр Лаврович волновался. Его тревожила не столько сама болезнь, сколько изменение его обычного рабочего режима дня. Главное, что хотел Петр Лаврович узнать от врача, — это то, как бы болезнь не помешала его работе.
На тревожные вопросы своего пациента доктор обычно отвечал:
— Это пустяки, Петр Лаврович. Легкая простуда. Надо поберечься денька два. Я пропишу вам порошки.
Это действовало успокаивающе на больного и через каких-нибудь пять-десять минут, забыв о своей болезни, он говорил с доктором о политике, о новых книгах, о рабочем движении.
Лавров беспрекословно выполнял все предписания врача. Но когда врач запрещал ему работать, Петр Лаврович приходил в сильное волнение, хмурился и с недовольством замечал:
- И совсем это напрасно! Мог бы я прекрасно работать. Я ведь знаю свои силы.
Силы у Петра Лавровича действительно были, и немалые. В возрасте 70 лет он был еще очень крепок и бодр. Он делал пешком большие переходы, причем ходил так быстро, что за ним трудно было поспевать. По лестницам он поднимался обыкновенно через две ступеньки и не нуждался в какой-либо посторонней помощи.
В первый раз надвигающаяся старость дала о себе знать весной 1895 г. Проснувшись однажды утром в обычное время, Лавров был удивлен, что еще не начало рассветать. Он повернулся на другой бок и решил поспать еще. Однако сон не шел к нему. Пролежав еще около часа в постели, он открыл глаза. В комнате по-прежнему было темно. Что-то странно. Надо проверить время. Он ощупью нашел спички, зажег одну — и все стало ясно. Темно не в комнате, а в глазах. Оказывается ночью у него был легкий удар, повлиявший на зрение. Он почти ослеп. В результате лечения зрение несколько поправилось, но не вполне. Работать можно было только днем. Вечером и ночью доктор запретил читать.
Организм как-то сразу стал сдавать. Теперь все утомляло Петра Лавровича — ходьба, чтение, собрания, беседы с посетителями. Однако и перед смертью Лавров волновался за свой труд. Ему осталось дописать несколько страниц, но силы покидали его. Он отчаянно боролся со своей болезнью.
— Нет! Нет!— говорил он своим друзьям, уговаривавшим его не думать о работе во время болезни. — Надо во что бы то ни стало кончить труд. Мне нечего терять ни одной минуты.
Однако болезнь неумолимо продолжала свою разрушительную работу. В течение последних четырех дней жизни больной находился в забытьи. Иногда к нему возвращалось сознание. Но это становилось все реже и реже.
За сутки до смерти к Лаврову на пятнадцать минут вернулось сознание, и он произнес несколько слов, которые были его последним завещанием. Сжимая руку одного из своих друзей, он тихо произнес:
— Завет... живите хорошо. Кончается, кончилась моя жизнь.
Умер Лавров 6 февраля 1900 г.
Похороны были назначены на 11 февраля. С раннего утра к дому, где лежал Петр Лаврович, со всех сторон стали стекаться толпы народа. Вся русская колония в Париже пришла проститься с человеком, чей могучий ум и чистое сердце были в течение четверти века их твердой опорой и надеждой. Здесь были эмигранты, студенты, рабочие, друзья и товарищи по борьбе и просто знакомые. Многие из них не раз бывали у Петра Лавровича, видели его величавую фигуру и всегда испытывали удовольствие от бесконечно простого и душевного приема, который оказывал покойный.
Небольшая комната быстро наполнялась цветами. Огромный терновый венок от бывших ссыльных и каторжан, венки от народовольцев, от социал-демократической группы, от европейских рабочих, от русских эмигрантов и студенческих колоний различных городов Франции, Бельгии, Швейцарии, Германии. Много было венков от иностранных социалистов, от различных социалистических групп и газет. Не только крупные, но даже все мелкие социалистические группы Парижа — рабочие, студенческие, женские общества, кружки самообразования, различные землячества, народные дома, библиотеки — были представлены на похоронах П. Л. Лаврова.
В половине второго похоронная процессия двинулась. Проводить в последний путь П. Л. Лаврова собралась восьмитысячная разноплеменная толпа. С возгласами «Да здравствует социальная революция!», «Да здравствует Интернационал!», «За здравствует Коммуна!» толпа, словно река, медленно двинулась по улице. Сначала тихо, а затем все громче и громче понеслись звуки:

Вставай, проклятьем заклейменный,
Весь мир голодных и рабов!


Это не был похоронный гимн. Это был гимн будущему, гимн победы того идеала, которому всю жизнь беззаветно служил Лавров. Медленные, торжествующие звуки словно разогнали плывшие по небу серые тучи. Прорвавшись сквозь облака, вдруг ярко засветило солнце. Гигантская процессия произвела большое впечатление на парижан. Однако торжественность шествия была нарушена полицейскими. Когда французские социалисты подняли красный флаг, полицейские бросились отнимать его и учинили свалку. Это повторилось и на кладбище, где полицейские хватали и рвали на куски красные знамена.
Во время похорон было произнесено много речей, в которых давалась высокая оценка деятельности Петра Лавровича Лаврова. Выступавшие клялись до конца бороться за те идеалы, служению которым отдал жизнь Лавров. Выступая от имени французских социалистов, Поль Лафарг сказал: «Товарищи из России! Вы имеете право гордиться Петром Лавровым. Вечная честь русскому социализму, давшему рабочему классу всего мира этого героя мысли, столь кроткого и вместе столь непобедимого!»

продолжение книги...