Победа партизанского движения на Дальнем Востоке. Конец первого этапа интервенции


вернуться в оглавление книги...

С.Н.Шишкин. "Гражданская война на Дальнем Востоке"
Военное издательство министерства обороны СССР, Москва, 1957 г.
OCR Biografia.Ru

продолжение книги...

Победа партизанского движения на Дальнем Востоке. Конец первого этапа интервенции

Партизанско-повстанческое движение на всем Дальнем Востоке к январю 1920 г. приобрело огромный размах. Весь край был объят мощным пламенем народной войны. Власть интервентов и белогвардейцев фактически распространялась только на крупные города края и узкую полосу вдоль железнодорожной магистрали, значительная часть которой была совершенно парализована. Партизаны своей самоотверженной борьбой дезорганизовали тыл врага, отвлекли и сковали значительную часть его сил. Все иностранные войска оказались связанными на охране коммуникаций и не могли быть двинуты на фронт для оказания помощи Колчаку. Этим партизаны оказывали неоценимую услугу Советской Армии.
В свою очередь победы Советской Армии создавали благоприятные условия для еще более широкого развертывания партизанского движения.
Окончательный разгром колчаковской армии в конце 1919 г. и победоносное продвижение советских войск в глубь Сибири коренным образом улучшали обстановку борьбы в Дальневосточном крае. Благодаря сокрушительным ударам партизан и самоотверженной работе подпольных коммунистических организаций быстро таяла и теряла свою боеспособность живая сила противника. Солдаты белогвардейских частей, значительная часть которых была насильно мобилизована, не только всячески уклонялись от участия в карательных экспедициях и посылки на фронт, но сами восставали и с оружием в руках переходили на сторону партизан. Революционное брожение коснулось и иностранных войск. В первую очередь оно задело чехословацкие войска, являвшиеся в начале интервенции основной ударной силой империалистов Америки, Англии и Франции.
13 ноября 1919 г. полномочные представители чехов Павлу и Гирса писали представителям союзных держав «о морально-трагическом положении, в котором очутилась чехословацкая армия», и просили совета, «каким образом она могла бы обеспечить собственную безопасность и свободный возврат па родину», а чехословацкий министр Стефаник прямо заявил в Париже, что чехословацкие войска необходимо немедленно эвакуировать из России, иначе сибирские политические условия очень скоро могут сделать их большевиками.
Антиколчаковские настроения чехов выразились в открытой попытке совершить переворот. 17—18 ноября 1919 г. бывший командующий 1-й Сибирской армией Колчака чешский генерал Гайда вместе с группой эсеров, именовавшей себя «областным сибирским правительством», поднял во Владивостоке восстание под лозунгами «демократизация режима» и «созыв Всесибирского учредительного собрания». В районе вокзала завязались ожесточенные бои между приверженцами Колчака — войсками генерала Розанова и восставшими, среди которых было много бывших белых солдат и рабочих-грузчиков.
Хотя Розанову при содействии остальных интервентов, главным образом японцев и американцев, сыгравших провокационную роль, и удалось подавить это восстание, однако остановить начавшийся распад было уже невозможно. Настроение чешских солдат стало настолько угрожающим, что генерал Жанен вынужден был отдать приказ об эвакуации их в первую очередь. Двигаясь по Сибирской железнодорожной магистрали на восток, чехи не допускали к ней бегущие под натиском Советской Армии колчаковские части, задерживали правительственные эшелоны белых, в том числе и поезд самого «верховного правителя».
Семенов, пытаясь заслонить себя от наступавших частей Советской Армии, обратился к чехам с воззванием о помощи и пытался затормозить их эвакуацию. По указке японских интервентов он прервал сообщение с Дальним Востоком. Генерал Жанен и члены иностранных военных миссий при Колчаке, испугавшись потери последней возможности к отступлению, приказали чехам разоружить семеновцев, выдвинувшихся в район озера Байкал, и открыть путь на восток.
В довершение всего чехи, чтобы реабилитировать себя в глазах трудящихся масс, 14 января выдали Колчака с санкции генерала Жанена иркутскому «Политцентру» (1).
7 февраля 1920 г. по постановлению Иркутского ревкома, взявшего власть в свои руки, Колчак вместе со своим премьер-министром Пепеляевым был расстрелян.
Так закончилась кровавая колчаковщина, стоившая русскому народу неисчислимых жертв. Только остатки 2-й и 3-й колчаковских армий общей численностью до 20 тыс. штыков и сабель, возглавляемые генералом Каппелем, а после его смерти — генералом Войцеховским, успели проскочить на восток к Верхнеудинску и далее к Чите. Их преследовали по пятам части 5-й Краснознаменной армии и отряды восточносибирских и прибайкальских партизан. Революционные идеи стали проникать в среду и других интервенционистских войск.
28 февраля 1920 г. владивостокская газета «Красное знамя» сообщала: «На Первой речке японским командованием разоружена японская рота вместе с офицерами... Из источников, заслуживающих доверия, нам передают такую версию: «Тяжелые условия и незнание, за что проливается кровь в чужой стране, брожение в самой Японии, связанное с борьбой рабочих за всеобщее избирательное право и улучшение быта, изменили психологию японского солдата и сделали его ум доступным критике. Эта рота не исполнила приказа, срезала погоны и одела красные банты».
Японские милитаристы самым жестоким образом расправлялись с заподозренными в революционности солдатами. «Зараженные большевизмом», как называло их японское командование, вывози-
---------------------------------------------------
1. «Политическим центром» назывался блок нескольких политических организаций Сибири. Основными организациями, входившими в него, были: «Земское политическое бюро», центральный комитет так называемого «Объединения трудового крестьянства», «Краевой комитет партии эсеров», «Бюро Сибирских организаций РСДРП». Возникнув в результате поражений Колчака, «Политцентр» под влиянием побед Советской Армии выдвигал лозунги: «Мир с Советской Россией», «Борьба с интервенцией». Своей задачей «Политцентр» ставил образование государства-буфера на территории Восточной Сибири, на которое эсеры и меньшевики возлагали тайные надежды — использовать его для опоры в дальнейшей борьбе с Советской властью. «Политцентр» просуществовал после свержения колчаковского правительства около двух недель и под давлением движения широких трудовых масс вынужден был передать власть большевистскому революционному комитету.
---------------------------------------------------
лись в море и там расстреливались. Но и это не помогало. Японское командование вынуждено было под видом «предоставления отдыха» сменять целые части и привозить вместо них новые, укомплектованные более надежным контингентом.
Американское командование также вынуждено было напоминать своим войскам о целях, для которых они прибыли на Дальний Восток. В одном из приказов по американским войскам говорилось: «Вы прибыли в Сибирь не для поощрения большевизма, а для борьбы с ним».
Вторая половина 1919 г. и в особенности последние его месяцы ознаменовались крупными революционными выступлениями трудящихся в ряде капиталистических государств. Во вторую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции рабочие многих стран на митингах принимали резолюции протеста против интервенции в Советскую Россию и требовали прекращения посылки вооружения белогвардейцам. Количество рабочих-стачечников в Соединенных Штатах Америки в 1919 г. достигло 4 млн.
Состоявшийся 7 ноября 1919 г. в Вашингтоне первый международный конгресс женщин-работниц выразил резкий протест против блокады Советской республики, а американские рабочие саботировали и срывали погрузку военных материалов, предназначавшихся для колчаковской армии. 29 октября 1919 г. посол колчаковского правительства в Соединенных Штатах Америки Бахметев телеграфировал управляющему министерством иностранных дел: «Распропагандированные стижорды отказались грузить винтовки, о прибытии коих в Сиэтль они были предупреждены рабочими из Бридтспорта. Американское правительство принимало все усилия, чтобы помочь нам в скорейшей погрузке, но не могло принять никаких эффективных мер».
Разгром Советской Армией первого и второго походов Антанты, героическое сопротивление советского народа интервентам, а также рост революционного движения в капиталистических странах, направленный на защиту Советской республики, — все это изменяло международную обстановку. 10 декабря 1919 г. английский премьер-министр Ллойд Джордж вынужден был сделать на заседании парламента заявление о том, что «русский вопрос» будет пересмотрен. 16 декабря совещание пяти союзных государств — участников интервенции — вынесло решение о прекращении дальнейшей помощи антибольшевистским русским правительствам, предоставив США и Японии действовать в соответствии со своими интересами. В январе 1920 г. Англия, Франция и Италия приняли решение прекратить блокаду Советской России.
Правящие круги США, поддерживавшие Колчака до самого последнего момента, также вынуждены были признать провал планов контрреволюции. 23 декабря 1919 г. государственный секретарь США Лансинг писал президенту Вильсону: «Правительство Колчака уже разгромлено, а армия большевиков продвинулась в Восточную Сибирь... Население, по-видимому, предпочитает их колчаковским офицерам. Большевистская армия приближается к району расположения наших солдат. Если она придет в соприкосновение с нашими войсками, то это приведет к открытым военным действиям и вызовет массу осложнений». Лансинг просил возможно быстрее отозвать американские войска из Сибири. Американские интервенты, испытав на себе удары дальневосточных партизан, как огня боялись соприкосновения своих войск с наступавшими частями Советской Армии.
5 января правительство Соединенных Штатов Америки было вынуждено принять решение об отзыве своих войск с территории русского Дальнего Востока и приказало генералу Гревсу начать сосредоточение их во Владивостоке для отправки в Америку не позднее 1 апреля 1920 г.
В ноте, направленной 10 января Японии, правительство США заявляло, «что оно сожалеет о необходимости принять это решение, ибо это решение, вероятно, определяет конец, по крайней мере в настоящее время, совместным усилиям Японии и Соединенных Штатов помочь русскому народу, каковые усилия еще совсем недавно начали давать значительные результаты и, казалось, обещали их в будущем». Народы Дальнего Востока на себе испытали, что это были за «усилия» и какую «помощь» им оказали американские захватчики. Советские люди никогда не забудут тех жертв, которых стоила им интервенция.
Американская нота Японии являлась очередным документом, свидетельствовавшим о лицемерии правящих кругов США. Потерпев крах в своих расчетах на Колчака и будучи вынужденными бежать с Дальнего Востока, американские империалисты отнюдь не отказались от своих захватнических планов. В сложившейся для них неблагоприятной обстановке они рассчитывали продолжать интервенцию руками японских милитаристов, предоставив последним до поры до времени «свободу действий» на Дальнем Востоке и открыв им широкое кредитование для борьбы с Советской республикой. О планах американских монополистов этого времени убедительно свидетельствует решение, принятое в начале 1920 г. в Сан-Франциско об организации американо-японского синдиката по эксплуатации природных богатств на русском Дальнем Востоке. В проекте устава этой организации говорилось о том, что синдикат намерен взять в свое ведение добычу минеральных ископаемых как в Средней Сибири, так и в прибрежных районах, постройку железных дорог в Сибири, в Маньчжурии, оборудование электростанций и т. п. Американская газета «Нью-Йорк пост», объявляя об организации этого синдиката, писала: «Группа Моргана не только ничего не имеет против японского расширения на Азиатском материке, но и определенно этому сочувствует».
Заигрывая с японскими империалистами выражением «сочувствия» их захватнической политике, американские миллиардеры надеялись подчинить Японию своему экономическому влиянию, для того чтобы легче было воспользоваться плодами японской экспансии. В этом же направлении действовали и правящие круги Америки, поощряя японских милитаристов на продолжение интервенции. 30 января 1920 г. правительство США заявило о том, что «оно не собирается противодействовать мерам, какие японское правительство найдет нужным для достижения тех целей, во имя которых американское и японское правительства стали сотрудничать в Сибири».
В тот же день на секретном совещании руководителей миссий и представителей военного командования интервентов, находившихся во Владивостоке, было принято решение: в связи с уходом американских, английских, французских и чехословацких войск поручить Японии представительство и охрану интересов союзников на русском Дальнем Востоке.
Между тем подпольные организации Коммунистической партии, опираясь на успех партизанско-повстанческого движения, охватившего весь край, развернули деятельную подготовку к свержению белогвардейских властей.
Состоявшаяся в декабре 1919 г. во Владивостоке подпольная партийная конференция решила начать широкую подготовительную работу к вооруженному восстанию против колчаковской диктатуры в Приморской области. С этой целью военный отдел областного комитета партии был реорганизован в военно-революционный штаб коммунистов, во главе которого был поставлен Сергей Лазо. Перед военно-революционным штабом была поставлена задача разработать план восстания, создать боевые отряды рабочих, установить прочную связь с партизанами, а также привлечь к восстанию распропагандированные колчаковские части.
Несмотря на трудности, связанные с тем, что Владивосток был оккупирован интервентами, военно-революционный штаб с поставленной задачей справился успешно. Ему удалось установить связь с несколькими колчаковскими частями и создать в них боевые группы революционно настроенных солдат. Штаб заручился поддержкой моряков и даже некоторых военных школ на Русском острове. Во второй половине января 1920 г. штаб располагал уже довольно значительными силами. Необходимо было нейтрализовать войска интервентов. Для этого штаб решил начать восстание под флагом передачи власти в руки органа местной «демократии» — Приморской земской управы.
Дальневосточный областной комитет Коммунистической партии в воззвании к рабочим и солдатам, выпущенном по этому поводу, указывал, что в силу международных условий в городах Дальнего Востока нельзя вести восстание под советскими лозунгами, в связи с чем восстание должно проходить под лозунгом временной передачи власти областной земской управе. Одновременно из рабочих боевых отрядов и наиболее революционно настроенных воинских частей создавалась сильная ударная группа, которая в случае необходимости могла быстро парализовать сопротивление белогвардейцев.
26 января был создан Объединенный оперативный революционный штаб, в который вошли представители военно-революционных организаций. Руководящая роль в нем оставалась за коммунистами. Восстание было назначено областным комитетом партии на 31 января. В этот же день начиналась всеобщая забастовка владивостокских рабочих.
По плану, разработанному военно-революционным штабом, «воинские части Русского острова, примкнувшие к восстанию, должны были перейти по льду Амурский залив и, выйдя к Эгершельду, выбить колчаковцев из штаба крепости и станции Владивосток. Отряды, наступавшие из района Гнилого угла, должны были окружить Народный дом, обезоружить личную охрану Розанова, занять это помещение и, продвигаясь дальше, занять телеграф, банк и другие государственные учреждения. Со стороны Первой речки предложено было выступить моторизованным частям и латышскому национальному полку в направлении штаба крепости. Сюда же должны были подойти матросы со стороны Военного порта».
Одновременно к городу стягивались партизанские отряды. Таким образом, план предусматривал нанесение концентрических ударов по наиболее важным объектам — штабу крепости и резиденции колчаковского генерал-губернатора Розанова, овладение которыми сразу же давало восставшим господствующее положение. Захват порта, телеграфа и вокзала давал в руки военно-революционного штаба все нити, связывавшие Владивосток с внешним миром, и вместе с тем приводил к изоляции противника.
За шесть дней до выступления белогвардейское командование, узнав о революционных настроениях егерского батальона, размещавшегося в коммерческом училище, решило разоружить его. Но солдаты арестовали офицеров, создали батальонный комитет и выставили свои караулы. Розанов бросил на подавление восстания гардемаринов и юнкеров. 26 января после упорного боя белогвардейцам удалось окружить егерский батальон, разоружить его и отправить на Русский остров. Но это уже не могло предотвратить надвигавшиеся события. В тот же день партизанские отряды Никольск-Уссурийского района под командованием Андреева заняли при содействии восставшего гарнизона станцию Никольск-Уссурийский. Восстал также гарнизон ст. Океанской, переименовавший себя в 3-й партизанский полк.
Во Владивостоке восстание началось в 3 часа 31 января. Тщательная подготовка восстания дала положительные результаты. К 12 часам город был уже в руках восставших и партизан. Интервенты, связанные вынужденным нейтралитетом и боясь открыто выступить на стороне белогвардейцев, все же помогли Розанову бежать и укрыться в Японии.
После переворота у власти встало временное правительство Приморской областной земской управы, которое объявило своими ближайшими задачами: 1) освобождение политзаключенных; 2) ликвидацию остатков колчаковской власти; 3) восстановление политических и гражданских свобод; 4) установление общественного контроля над торговлей и промышленностью; 5) организацию снабжения продовольствием и товарообмена; 6) установление тарифных комиссий с участием рабочих для нормировки заработной платы; 7) восстановление земельных комитетов и 8) меры к прекращению интервенции.
Городская конференция коммунистической организации, состоявшаяся в первых числах февраля, высказалась за поддержку временного правительства земской управы с условием сохранения в нем влияния коммунистов, особенно в военном и хозяйственном аппаратах. Для руководства революционной партизанской армией и для ее реорганизации был создан Военный совет, в который вошли Сергей Лазо, В. Сибирцев, А. Луцкий и др.
Свержение белогвардейщины во Владивостоке в сильной степени содействовало успеху движения и в других городах края. В десятых числах февраля партизанские отряды Приамурья окружили Хабаровск. Калмыков, видя неизбежность потери города, расстрелял свыше 40 человек, заподозренных в большевизме, захватил более 36 пудов золота и 13 февраля бежал со своим отрядом на китайскую территорию (1). 16 февраля партизаны совместно с экспедиционным отрядом, посланным из Владивостока, заняли Хабаровск. Власть в Хабаровске перешла в руки городской земской управы.
В низовьях Амура, как указывалось выше, партизанские отряды в конце января подошли к крепости Чныррах, прикрывавшей подступы к Николаевску-на-Амуре, и послали к японскому командованию парламентеров с предложением начать мирные переговоры о передаче города без боя. Это предложение возникло в связи с заявлением командующего японскими войсками в Амурской области генерала Сироодзу от 4 февраля о нейтралитете. Японские интервенты убили парламентеров. Тогда партизаны начали наступление. Под прикрытием снежного бурана лыжники 1-го Сахалинского повстанческого полка 10 февраля ворвались в крепость
----------------------------------------------------------
1. Впоследствии калмыковцы были разоружены китайскими властями в Фукдине, а Калмыков арестован и расстрелян по обвинению в уничтожении китайских канонерок.
----------------------------------------------------------
и овладели ее фортами. Попытки японцев отбросить партизан не увенчались успехом. 12 февраля крепость окончательно перешла в руки партизан. Партизаны начали осаду города. После повторных предложений о перемирии, в ответ на которые японцы открыли орудийный огонь, была введена в действие партизанская артиллерия. Видя безвыходность положения, японское командование приняло условия перемирия. 28 февраля партизанские отряды вступили в Николаевск-на-Амуре. Для управления городом был выбран городской совет и созданы комиссариаты. Организовался Временный исполнительный комитет, который начал подготовку к областному съезду трудящихся, назначенному на 12 марта.
В Охотске приисковые рабочие и солдаты местного гарнизона еще 14 декабря 1919 г. свергли власть белогвардейцев и выбрали военно-революционный комитет, которому и передали управление Охотским побережьем.
В Амурской области белогвардейцы и интервенты к концу января 1920 г. оказались оттесненными к железной дороге и держались только в городах и на наиболее крупных станциях. Партизанская армия, насчитывавшая к этому времени около 20 тыс. активных бойцов и поддерживаемая всем населением, блокировала Благовещенск, Свободный, Зею и ст. Бочкарево. Фактическим хозяином в области был Таежный исполком, выбранный в декабре 1919 г. на съезде трудящихся в селе Ромны.
Свержение колчаковцев во Владивостоке и успешное продвижение Советской Армии в Восточной Сибири еще более осложняло и без того тяжелую обстановку, в которой очутились оккупанты и белогвардейцы на Амуре. Видя, что разгром неизбежен, командующий японскими войсками генерал Сироодзу (командир 14-й японской пехотной дивизии) запросил главный штаб оккупационных войск во Владивостоке о присылке помощи или о разрешении эвакуироваться. Но японский главнокомандующий генерал Оой не мог помочь Сироодзу. Единственным выходом из создавшегося положения оставалось объявить нейтралитет, что Сироодзу и сделал 4 февраля 1920 г. В тот же день атаман Кузнецов и его губернатор Прищепенко, передав власть так называемому демократическому блоку земских, профсоюзных и других организаций, бежали в Сахалян. «Демократический блок» продержался недолго. Уже через два дня по требованию населения он передал власть Временному исполкому Совета рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов. Так, в Амурской области снова восторжествовала Советская власть. 23 февраля японцы вынуждены были начать эвакуацию своих войск из Амурской области.
Иная обстановка сложилась в Забайкальской области. Потерпев поражение в Приморье и на Амуре, японские интервенты прилагали все усилия к тому, чтобы удержать свои позиции в Забайкалье. Они хотели создать здесь прочный заслон против двигавшейся из Сибири Советской Армии и с этой целью, несмотря на объявленный нейтралитет, продолжали оказывать Семенову самую активную поддержку.
Кроме 5-й пехотной дивизии, штаб которой был переведен в Верхнеудинск, в районе Читы в начале 1920 г. начали появляться новые японские части. Сюда из Амурской области перебрасывалась и значительная часть 14-й пехотной дивизии. Семеновские войска были реорганизованы по японскому образцу и усилены новыми белогвардейскими бурят-монгольскими формированиями.
Действуя по указке из Токио и используя колчаковский указ о предоставлении полномочий «образовать органы государственного управления в пределах распространения его полноты власти», Семенов 16 января 1920 г. сконструировал свое «правительство Российской восточной окраины» во главе с кадетом Таскиным.
В связи с этим командовавший японскими оккупационными войсками в Забайкалье командир 5-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Судзуки издал специальный приказ: «Теперь, когда в Чите образовано авторитетное правительство ген. Семенова, японские и русские войска поведут более решительную борьбу с большевиками... я прошу мирных граждан сел и городов не верить вредным слухам об изменении политики японского императорского правительства и об уходе японских войск из Забайкальской области». Этот приказ полностью раскрывал замыслы японских интервентов, временно прикрывшихся лживым нейтралитетом. Японские империалисты продолжали раздувать в своей прессе шумиху «о новой эре в Сибири», наступившей якобы в связи с образованием «правительства восточной окраины», и выражали свое восхищение им. Для того чтобы получить поддержку широких слоев населения, Семенов пообещал крестьянам и казакам собрать учредительное собрание и разрешить земельный вопрос. Он объявил даже «амнистию» участникам антиколчаковского повстанческого движения. Под этими лозунгами Семенов пытался провести новую мобилизацию для пополнения своих войск. Однако массовые восстания и рост партизанского движения были лучшим ответом народа на обещания атамана, цену которых уже знали по собственному опыту трудящиеся Забайкалья.
Несмотря на все старания, Семенову не удалось упрочить свое положение. Но в военном отношении, ввиду усиления японских войск в Забайкалье, он получил известную опору. Немаловажную роль сыграли и каппелевские части, добравшиеся до Читы во второй половине февраля 1920 г. Из них Семенов сформировал два корпуса. Уже в середине марта один корпус был выдвинут в район Сретенска против восточнозабайкальских партизан. Здесь был даже образован Восточный фронт во главе с генералом Войцеховским, которому Семенов передал в общей сложности до 15 тыс. штыков и сабель и поставил задачу разгромить партизан и очистить от них районы к востоку от Читы.
Между тем военно-революционный штаб Восточного Забайкалья, учитывая успехи амурских партизан, развернул в начале 1920 г. широкие наступательные действия. Он разделил свои силы на две большие группы. Группа Погодаева получила задачу наступать на Сретенск и овладеть этим городом, а вторая группа под командованием Якимова должна была нанести удар на ст. Оловянную и перерезать таким образом последнюю коммуникацию семеновцев, связывавшую их с Маньчжурией.
Наступление партизан на Сретенск началось в последних числах января 1920 г. Оно было согласовано с восстанием в Сретенске 37-го полка, перешедшего на сторону партизан. Ожесточенные бои завязались в окрестностях города и в самом городе, где были сосредоточены главные силы противника. В период с 31 января по 2 февраля 7-й революционный партизанский полк два раза врывался в Сретенск, но каждый раз, попадая под сильный огонь семеновских бронепоездов, вынужден был отходить обратно. В этих боях погиб командующий группой Погодаев. 23 февраля партизаны понесли еще более тяжелую утрату. Был ранен и скончался от раны командующий Восточно-Забайкальским партизанским фронтом П. Н. Журавлев, лично возглавивший после гибели Погодаева боевые действия под Сретенском.
Второе наступление на Сретенск было предпринято 12—13 марта. На этот раз партизанские полки на некоторое время овладели городом, но так же, как и в первом случае, были вынуждены уйти из него. Дело заключалось в том, что белогвардейцы, выбитые из города, каждый раз отступали на левый берег реки Шилки, к вокзалу и железнодорожному депо, где находились вражеские бронепоезда, артиллерия и где заранее были подготовлены позиции. Эта местность господствовала над Сретенском, и атаковать здесь противника через открытое ледяное пространство Шилки не представлялось возможным. В то же время враг держал отсюда под сосредоточенным артиллерийским и пулеметным огнем как самый город, так и выходы из него к реке. Все это вынудило партизан оставить город.
Этими же причинами, а главным образом тем, что семеновцев поддерживали подошедшие на помощь им каппелевские и японские части, объяснялась неудача и третьей попытки овладеть Сретенском, предпринятой сосредоточенными силами партизанских полков в период с 3 по 5 апреля 1920 г., хотя и на этот раз партизаны ворвались в город и нанесли большие потери противнику.
Более успешно развивались действия группы Якимова. Совершая рейд в юго-западном направлении, эта группа в конце февраля разбила в Цугуловском дацане (15 км северо-восточнее ст. Оловянной) сводную конно-азиатскую бригаду полковника Резухина и выдвинулась непосредственно к ст. Оловянной. Партизанам удалось установить связь с командой семеновского бронепоезда «Грозный». Эта команда перебила офицеров, добровольцев и перешла на сторону партизан. При содействии восставших партизаны 14 марта овладели ст. Оловянной.
Японские войска, располагавшиеся на ст. Оловянной, в начале боев сохраняли нейтралитет. Но 15 марта они внезапно открыли артиллерийский и пулеметный огонь по партизанским частям и перешли в наступление. Партизаны вынуждены были оставить Оловянную и отойти на север к Ундинскому Поселью. Если бы военно-революционный штаб Восточного Забайкалья сосредоточил все свои силы на сретенском направлении до подхода туда каппелевцев и частей 14-й японской пехотной дивизии, семеновцы вряд ли сумели бы отразить натиск партизан. В этом случае разгром главных сил противника в районе Сретенск, Нерчинск мог открыть перед партизанами широкие перспективы. Дальнейшее продвижение их по Шилке и Ингоде к ст. Карымской и овладение последней не только изолировали бы семеновцев от Маньчжурии, но и поставили бы под угрозу Читу. Из района ст. Карымской могло быть установлено взаимодействие с прибайкальскими партизанами. Но уже в марте, а тем более в апреле шансы на успех под Сретенском значительно уменьшились, так как соотношение сил здесь в это время складывалось менее благоприятно для партизан, чем в январе.
И все же, несмотря на неудачный исход, бои за Сретенск сыграли крупную роль в развитии партизанского движения. Они дали партизанам богатый опыт борьбы за крупный населенный пункт и связали большую часть вражеских войск, что создало более выгодную обстановку для развертывания успешных наступательных действий в Западном Забайкалье. В конце февраля 1920 г. прибайкальские партизаны овладели Троицкосавском и, установив связь с Забайкальской группой войск Иркутского ревкома (1), начали подготовку к наступлению на Верхнеудинск. В Верхнеудинске и его пригородах располагались кавалерийский полк, Особая бригада, отряд Россианова, местный батальон белогвардейцев, а также один полк 5-й японской пехотной дивизии. На станции стояли чехословацкие эшелоны.
26 февраля Забайкальская группа войск приблизилась к городу. Планом наступления предусматривалось нанести одновременный удар с севера и с запада. Прибайкальские партизаны должны были наступать с юга через реку Селенгу. После первых же столкновений семеновцы отошли в город и к железной дороге под прикрытие японских войск. Но японское командование ввиду неблагоприятно складывавшейся для него обстановки и враждебной позиции, занятой чехами, не решилось открыто вступить в бой. Стремясь выиграть время, оно обратилось к командованию Забайкальской группы с просьбой отсрочить вступление партизанских частей в Верхнеудинск сначала до 16, а затем до 19 часов 1 марта. К этому времени японский штаб обещал удовлетворить требования нашего командования — очистить город от семеновцев. В ночь на 2 марта партизаны начали наступление на Верхнеудинск. Японские
-----------------------------------------------------------
1. Еще в январе 1920 г. Прибайкальский партийный комитет обратился за помощью к иркутским коммунистам. Эта помощь была оказана посылкой вооружения и боеприпасов. Кроме того, Иркутский ревком сформировал в помощь Прибайкалью 7-ю Забайкальскую дивизию, реорганизованную в феврале в Забайкальскую группу войск. В эту группу вошли иркутская рабочая дружина и добровольческие части из бывшей Восточно-Сибирской народной (партизанской) армии. 17 февраля Забайкальская группа выступила из Иркутска и 23 февраля достигла восточного побережья озера Байкал.
------------------------------------------------------------
интервенты не выполнили своего обещания. Семеновцы продолжали оставаться в Верхнеудинске и сосредоточивали свои силы. В ночь на 2 марта произошли ожесточенные уличные бои, в которых белогвардейцы потерпели полное поражение. Оставив большое количество вооружения и пленных, они вынуждены были поспешно отходить на восток. Часть из них укрылась в расположении японского гарнизона.
Как выяснилось позже, японские войска, пользуясь ночной темнотой, пытались оказать помощь семеновцам. Японские пулеметчики вели огонь по партизанским цепям, наступавшим от реки Селенги, но предотвратить разгрома белогвардейцев они не смогли.
2 марта 1920 г. Верхнеудинск был полностью занят партизанами, а через три дня — 5 марта — здесь было создано Временное земское правительство, в которое вошли и коммунисты. В составе правительства были также члены Центрального исполнительного комитета Советов Прибайкалья, избранного на Бичурском съезде.
Верхнеудинское земское правительство своими ближайшими задачами объявило: обеспечение и всестороннюю защиту края от всяких посягательств извне, продолжение борьбы с реакцией на Востоке до ее полного уничтожения, защиту хозяйственных и политических интересов трудового населения.
С первых же дней своего существования правительство категорически потребовало от японского командования вывести свои войска из Забайкалья. Но только 9 марта, ввиду приближения частей 5-й Краснознаменной армии и 1-й Иркутской дивизии, созданной Иркутским ревкомом, японские войска начали уходить из Верхнеудинска в сторону Читы.
Вслед за ними тотчас же двинулись партизанские отряды Западного Забайкалья. Очищая от белогвардейщины окрестные селения, они вплотную подошли к Яблоновому хребту. Отряд Зыкина численностью до 500 человек к 27 марта занял село Доронинское (155 км южнее Читы); на железнодорожном направлении отряд Климова, насчитывавший до 300 человек, занял ст. Хилок (240 км юго-западнее Читы); отряд Бурлова в составе 500 человек к 27 марта овладел селением Укырским (150 км западнее Читы); отряд Морозова численностью до 400 человек 24 марта вышел в район озера Телемба (100 км северо-западнее Читы).
Продвижение партизан к Чите имело большое политическое и военное значение. Их путь везде сопровождался выборами делегатов на съезд трудящихся Западного Забайкалья, назначенный Верхнеудинским земским правительством на 28 марта 1920 г. Съезд должен был закрепить достигнутый успех и окончательно решить вопрос о власти на освобожденной от врага территории. Вместе с тем партизанские отряды обеспечили за собой для предстоящего наступления на Читу почти все операционные направления.
Таким образом, партизанское движение Дальнего Востока одержало в начале 1920 г. замечательную победу. Под мощными ударами партизан контрреволюция, поддерживаемая почти всеми крупнейшими капиталистическими государствами, потерпела поражение. Партизанское движение явилось могучим фактором, способствовавшим разгрому Советской Армией одного из основных ставленников иностранных империалистов — Колчака. Разгром колчаковщины и бурный размах народной войны, в которой со всей силой проявились несгибаемая воля русского народа и его любовь к своей Родине, вынудили правительство США, Англии, Франции и Италии убрать свои войска с Советского Дальнего Востока. Японские интервенты также принуждены были надеть на себя маску нейтралитета.
В результате этой победы партизан более двух третей всей территории Дальневосточного края было освобождено от белогвардейцев. Только в Забайкальской области в районе Читы еще оставались семеновцы. Но и они оказались зажатыми с двух сторон. С востока им угрожали восточнозабайкальские и амурские партизаны, а с запада — отряды прибайкальских партизан, двигавшиеся в авангарде Советской Армии. Казалось, еще один удар — и эти наймиты японских империалистов будут раздавлены. Однако последующие события резко изменили обстановку. От трудящихся Дальнего Востока потребовалось еще много усилий и жертв для того, чтобы победа над врагами Советской власти стала полной и окончательной.

продолжение книги...